«Сукачев снял штаны, американцы тут же отвернулись». Истории звездных фото. Часть II
Люди

«Сукачев снял штаны, американцы тут же отвернулись». Истории звездных фото. Часть II

Продолжение фотовернисажа Сергея Борисова.

автор Мария Погребняк/фото Сергей Борисов

9 Ноября 2018

Сергей Борисов, 71 год, москвич. Долгое время делал плакаты и пластинки для звезд советской эстрады. Но известен, прежде всего, фотографиями андеграундной культуры 1980-х годов. Снимал советских и российских рок-музыкантов в своей легендарной «Студии 50А» на Знаменке. Публиковался в Le Monde, Vogue, Interview и многих других западных СМИ. С конца 80-х Борисов занялся фотографией как искусством: его снимки продаются в различных галереях и на аукционах, в том числе на Sotheby’s и Сhristie’s, выставляются в российских и зарубежных музеях.

Первую часть «Историй звездных фото» (Виктор Цой, Эдита Пьеха, Эдуард Лимонов и другие) можно посмотреть здесь.

Жанна Агузарова
певица, экс-вокалистка группы «Браво»

С Жанной я познакомился в 1986 году. Кто-то из музыкантов привел ее ко мне в мастерскую. Ходил слух, что она в паспорте самовольно переписала свое имя и за это отсидела полгода в тюрьме. Когда я стал расспрашивать ее, то она со слезами на глазах рассказала, что всего лишь написала карандашом под фотографией «Иванна Андерс», свой тогдашний ник. Затем под градом моих вопросов неохотно призналась, что сидела не в тюрьме, а в дурке.
Через несколько дней состоялся первый, разрешенный, рок-концерт в Москве — в Курчатнике (Дом культуры имени Курчатова). На приглашении было написано: «Просьба оставить фото- и видеоаппаратуру дома». Разумеется, я не мог с этим согласиться и попросил Жанну пронести мой фотоаппарат, так как на входе тщательно обыскивали. Что она и сделала. С тех пор Жанна приходила ко мне в студию, как к себе домой.

Год спустя мой снимок чемпиона Москвы по бодибилдингу был опубликован в журнале «Темпо». И у меня отбоя не стало от бодибилдеров, тоже желающих попасть в какой-нибудь журнал. Вот я и решил использовать одного из них рядом с Ивкой, к тому времени уже ставшей всем известной Жанной Агузаровой.
Ну, она была действительно странная. Но в обычном общении свою «дурку» не запускала. Включила свою марсианку, только когда вернулась из Америки. Стала неуправляемым снарядом. Хотя это больше был образ, для телевидения.


Гарик Сукачев
рок-музыкант

1994 год. Я приехал к Гарику домой, чтобы снять для какого-то журнала «Один день из жизни Сукачева». Снимал его довольно долго — с женой, ребенком и котом. В общем-то, получалось. Гарик с гордостью показал с балкона свою подержанную иномарку. И тогда мне пришло в голову снять его на балконе. Но для антуража попросил повесить как бы на просушку шапку. Он предложил выбрать из нескольких. И тут оказалось, что у него есть дембельский берет, а сам он служил в ВДВ. Это все в корне меняло. С тех пор этот снимок живет своей жизнью, никак не связанной с тем самым днем Гарика Сукачева.

В 1986-м я снимал его на концерте в Курчатнике. Он выбежал на сцену с игрушечным автоматом, костер разжег. Я его снял, и фотография попала во французский журнал Actuel. Я его, можно сказать, прославил этим снимком.
Потом он выступал на Московском международном концерте «Рок против наркотиков» (прошел в 1989 году в Лужниках с участием мировых рок-звезд: Bon Jovi, Ozzy Osbourne, Skid Row и других). Сукачев вышел, снял штаны и показал задницу. Американские операторы сразу камеры отвернули. Ну, это был поступок не большого артиста, как мне кажется.
А еще я там снял Оззи Осборна. Я сидел прямо возле сцены. И Оззи вышел с ведром воды. Кроме как на меня вылить было некуда — я был прямо напротив.


«Наутилус Помпилиус»
рок-группа

Наутро после первого советского оупен-эйр фестиваля в Подольске в 1987 году музыканты никому неизвестной свердловской группы проснулись знаменитыми. Кто-то сравнивал и продолжает сравнивать Подольск с Вудстоком 1969 года. Как очевидец могу заявить, что это чересчур большая натяжка, но все-таки Подольск был неординарным событием в музыкальной жизни страны. Я целый день снимал выступления, иногда забирался на сцену, но «Наутилус» выступал вечером. Уже стемнело и похолодало. Я надел плащ, поэтому менты меня не распознали и стали гнать со сцены. Я огрызался. Короче, меня «свинтили» на сцене, прямо на глазах у «наутилусов». Разумеется, вскоре отпустили, и я зашел в их раздевалку. Еще не остывшие от выступления музыканты встретили меня как героя Сопротивления. Мы тут же договорились устроить съемку у меня в студии в ближайшее время. Данный снимок сделан на лестнице черного хода моей студии.

Они были очень простые ребята. Как-то пришли ко мне в студию, а у меня на стене иероглифы, какой-то японец нарисовал. И Бутусов с Кормильцевым эти иероглифы легко перевели: оказалось, что они японисты и любители японской литературы.
Все лучшее они сделали в 1980-е, на мой взгляд. «Князь тишины», «Разлука» — очень крутые альбомы. Я застал их на пике.


Ольга Свиблова
директор Московского дома фотографов (ныне — «Мультимедиа Арт Музей»)

В 1994 году в Париж приехала группа от Союза фотохудожников России. К нам подошла проживающая там в то время с французским мужем Ольга Свиблова, которую я знал как режиссера фильма «Черный квадрат» (она использовала в нем мою видеосъемку). Оля попросила меня представить ее руководству СФР. Рассказала, что была в Арле на фотобиеннале и так впечатлена, что хочет сделать нечто подобное в Москве, причем уже на следующий год, и попросила помочь. Мы все покивали головой, мол, хотеть не вредно. Конечно, за год сделать с нуля биеннале не удалось, но все же в 1996-м открытие состоялось. Момент этого торжества, осуществления мечты я и запечатлел.

Она — сгусток энергии. Если бы в каждом регионе России была такая Оля Свиблова, мы бы уже были Америкой.


Пахом (Сергей Пахомов)
андеграундный актер, музыкант, художник

Пахом пришел в студию с девушкой, которую он представил как подругу из Голландии. И действительно, вместе с ней в студию проник дух амстердамского сквота. Мы с Пахомом до этого сняли несколько серий, я оформил один из его дисков. Несколько его холстов украшают мою коллекцию, в том числе мой портрет. Но ситуация требовала чего-то нового. Нельзя же было упасть в глазах международной общественности. Вот мы и придумали: Пахом на импровизированном холсте нарисовал голову волка, а я запечатлел его на фоне голландки в этой дикой позе.

Он очень хороший художник. Если бы у нас был серьезный арт-рынок, он бы стал большой звездой. Но, к сожалению, наши олигархи помогают делать лондонских звезд, а не московских. Единственное, меня смущает его излишняя брутальность. Чтобы быть популярным, ему это сейчас совсем не требуется.


Эвелина Хромченко
журналист, телеведущая

В конце 80-х у меня в студии появилась амбициозная юная журналистка из какого-то подросткового журнала. Она была забавна и оригинальна. Мы подружились. Я снимал для нее всякую чепуху, пока она не стала главным редактором журнала L'Officiel Russia. С тех пор я снимал для нее уже совсем не чепуху. И вот наша многолетняя дружба выразилась в том, что Эвелина согласилась сняться и написать небольшой текст для моей книги «Студия 50А». Она пришла в студию в сопровождении носильщиков, которые несли десять — именно десять! — кофров с платьями для съемки. Правда, в итоге распаковали только один. Эвелина сочла, что это платье больше всего подходит для съемки, а остальные можно и не распаковывать.