Раки с игристым, или Почему режиссер Звягинцев трижды приезжал в Ростов и приедет снова
Места

Раки с игристым, или Почему режиссер Звягинцев трижды приезжал в Ростов и приедет снова

В рубрике «Место силы» — основатель ростовского киноклуба K-INO Евгений Миронюк.

автор Ольга Майдельман/фото архив героя.

21 Апреля 2021

Программист по образованию, Миронюк показывает горожанам хорошее умное кино «не для всех» на большом экране. Благодаря его стараниям ростовчане смогли встретиться с режиссером Андреем Звягинцевым, актерами Константином Лавроненко и Марьяной Спивак (см. заглавное фото), кинопрокатчиком Сэмом Клебановым, критиком Антоном Долиным. 
Поговорили с Евгением о Ростове, культуре и о том, нужны ли они друг другу.

— В ростовском характере, мне кажется, всегда присутствует какая-то гордая оппозиционность. Ростовчанину сложно согласиться с чем-то сразу. Он потом, может, и примет другую сторону, и даже наверняка! Но сначала обязательно выскажет свое, особое, мнение.

Я родился в Ростове, район улицы Ленина, она была тогда еще без бульвара посередине. Позже мы переехали на Доломановский, ко Дворцу спорта. Этот период у меня связан со скейтами. Мы в киноклубе недавно «Назад в будущее» показали, главный герой там всегда со скейтом, помнишь? Это 86-й год. Вот и мы тогда начали, заядлые были катальщики, у Дворца спорта гоняли, на спуске к Буденновскому, на Театральной площади.

Но район Дворца спорта — это ведь уже почти Нахаловка. И там случалось такое, например: идем мы как-то втроем, а надо сказать, что мы были ребята мирные, не хулиганы. И тут нам навстречу пацаны: «А что это у вас за шарфик? С моего друга такой сняли, слышишь?» Мы напряглись. Один из нас был с гипсом и, пока мы их не встретили, все говорил: «Эх, встретить бы кого да по башке ему гипсом!» Но это желание у него тут же пропало. Они — нам: «Вы вообще знаете, на каком районе живете?» — «Конечно, знаем. На Ленинском». — «Не-е-ет, пацанчики, это Нахаловка!» Мы понимали, что сейчас нас побьют, но не побили — мимо проходил мой брат, на 10 лет старше, который просто сказал: «А ну разошлись в разные стороны». И мы разошлись.

Кстати, этимологию названия Нахаловки нам объяснял школьный учитель географии: это был самозастрой, еще в XIX веке. Тех, кто нагло захватывал землю и строился на ней, называли нахалами. Целый квартал нахалов. Даже городок.

С 90-х я живу в Болгарстрое, этот дом строил отец. Когда он получил землю, это был почти край географии. Но было круто: до 2012 года здесь ходили военные патрули, а спецтехника чистила дорожки рядом с военным аэродромом. Кстати, Болгарстрой тоже название неофициальное. Там какая история: немцы за свои деньги отстраивали этот район для военных, которых выводили из Германии в 1989-м. Несколько военных городков в России построили. А Болгарстрой — потому что подрядчики были болгарами.

Интересно, что изменилось все, а улица Ленина так и осталась. Но я — за. Я бы плохо отнесся к ее переименованию. Я против переноса памятнику Карлу Марксу. Я против исторической справедливости, я за историческую несправедливость. Времена меняются, и с этим нужно жить, а не оглядываться назад. Зачем прошлое менять на прошлое? Прошлое надо менять на будущее.

Мне не очень нравится, как изменился ростовский Центральный рынок, да и вообще мало кому нравится, но я тебе скажу, что люди, которые не видели ростовский рынок раньше, они в шоке и восторге все равно.

На Центральном рынке есть такой классный персонаж — дядя Саша. Был, по крайней мере. Как-то мы ходили там с другом, он говорит: «Сейчас покажу тебе одну из легенд Ростова». И показал. Мужик со здоровенными шикарными усищами, бородкой. Он продавал рыбу, раков. Я сам небольшой фанат соленой рыбы, но, когда москвичи попросили привезти, я пошел на рынок — и вижу его. Подхожу: «Здравствуйте, дядя Саша». Он очень удивился: «Вы меня знаете?» Я говорю: «Ну, конечно, вы же легенда Ростова!» — «Да вы что! Я легенда?!» Короче, дядя Саша провел меня по всем самым лучшим рыбным точкам, да еще и 50% цены они мне скинули.

Мне иногда хочется уехать из Ростова навсегда. Ростов меняется и не так, как бы хотелось: он стал грязнее, застройка колоссальнейшая в центре, зелени мало. Упало качество воздуха, даже качество воды! Я никогда раньше не покупал воду для чайника и не думал, что в Ростове вообще будут продавать воду. В детстве мы всегда пили воду из-под крана, из уличных колонок.

Впечатление такое, что город выжимают, взяли за руку и крутят. При такой политике наше будущее будет похоже на мультфильм «Метропия», когда люди ездят в супер-пупер-мегаполис на скоростном метро, а сами живут в страшных ****** [РОСКОМНАДЗОР]. Возможно, так оно и будет, к сожалению.

Меня держат здесь корни, мама. Вот дочь взяла и уехала в Питер, ей там нравится. Питер хороший город, но я его не понимаю, я теплолюбивый, для меня холод — это катастрофа. А куда тогда? В Сочи? Скучно и дорого. Я думаю, куда ни переезжай, что-то будет не так. Наверное, мы не отсюда хотим уехать, а хотим вернуться туда, где было хорошо. Пойди найди такое место…

По образованию я программист, начинал во времена допотопного интернета: модемы через телефонную розетку, вот это все. В 90-х я сделал компанию «Джео коммуникейшнс» и развивал сайты для крупного заказчика. Но когда мы только начинали, «Джео» была провайдером в основном для частных лиц. Однажды звонит женщина: «Это «Джео?» — «Да». — «А когда вы мне вернете почтовый ящик?!» Мы спрашиваем: «А какой у вас был ящик?» Она говорит: «Синий». — «Погодите, название у него какое? Имя, собачка, джео.ру». — «Какая собачка?! Ящик верните, сгорел ящик!» В общем, она звонила не в «Джео», а в ЖЭУ.

Или такая история. Есть у нас домен — don.ru. И вот заказчик, условно Геннадий Анатольевич Никифоров, хочет открыть на нем почтовый ящик. Говорит: заводите на имя GAN, ну сокращенно его ФИО. Мы ему и так, и эдак намекаем: мол, не стоит. Не понимает. Целый час мы с ним мучались, пока он наконец не сообразил, что gan @don.ru — так себе адрес.

Потом у меня была попытка создать бизнес, связанный с кино. Она успешно провалилась — бизнеса не получилось, но возник киноклуб. Его прото-версия, так сказать, появилась в 2011 году. Что нас к этому подтолкнуло? В Ростов не попала картина Вима Вендерса «Пина» про Пину Бауш (немецкая танцовщица и хореограф). Шикарная документалка. И мы с Игорем Вагановым подняли гул в соцсетях: «Как так? Ростов остался без культуры». Решили, ситуацию во что бы то ни стало исправить. Сейчас фильмы передаются через интернет, а десять лет назад их везли на жестком диске, в этом помог Андрей Карасев, свел с прокатчиком, передал диск автобусом. Договорились с Домом кино и сделали киносеанс.

Зал был полный. Собрали и второй сеанс — для местного бомонда. Это, кстати, тоже такая ростовская история — выделиться среди тех, кто уже и так выделился. И неожиданно еще на меня вышел большой бизнесмен, сказал, что хочет показать «Пину» своим, взял и выкупил зал полностью.

За эти 10 лет мы показали больше 200 фильмов. Самый памятный просмотр — это, наверное, «Малхолланд Драйв» Дэвида Линча в 2016-м, с которого начался современный наш формат: лекция, фильм, обсуждение. Инициаторов этого было трое: я, Карина Мартазинова и Денис Благодарный. До этого мы не говорили о фильмах, просто делились эмоциями в соцсетях.

Были у нас и эпикфейлы. Как-то пришел фильм «Между рядами», один из фаворитов Берлинале. Было долгое начало без слов. И вдруг — раз! — и все герои говорят на немецком. Субтитров нет. Ну справились — выключили-включили, пошли субтитры. А как-то «Тайная жизнь» Терренса Малика шла с обрывами каждые 15 минут. Такого вообще никогда не было. А идет фильм, между прочим, 2 часа 50 минут. Это было дико напряжно. Но интересно, что никто из зала не ушел.

Я, кстати, сначала был против субтитров: сложно, теряю картинку, пока читаю. Но пару лет назад я сравнил фильм с субтитрами и с дубляжом. Оказывается, дубляж может так исказить эмоцию! Предположим, герой фильма — жуткий маргинал в депрессии, но в оригинале говорит он ровным апатичным голосом. А в дубляже — ну чуть не плачет. Или «Бассейн», мы его недавно смотрели. На показе первые десять минут шла дублированная версия. Мы остановили показ, спросили у зала: «Переключаемся на субтитры?» — «Да!» Так вот, в дубляже герои Алена Делона и Мориса Роне общаются так, будто вот-вот подерутся, а в оригинале Делон говорит с ним уважительно, как с отцом.

Первый селебрити, которого мы пригласили на показ нашего киноклуба, был кинокритик Антон Долин. Он приехал в 2017-м, мы смотрели «Вне закона» Джима Джармуша и «T2: Трейнспоттинг» Дэнни Бойла, Долин дал отличные лекции о них. С ним я связался, просто написав в личку фейсбука: «Очень хотим вас видеть в Ростове». Он ответил: «У меня нет времени, но, когда будет, приеду». После чего примерно раз в десять дней я ему напоминал: Антон, ну мы же ждем. В какой-то момент он сдался и ответил: «Ок, время есть, приеду».

История с приездом Андрея Звягинцева началась с «Нелюбви». Мы отсмотрели в киноклубе всю его фильмографию, но после этой картины я сказал: ребята, нам нужно сделать все, чтобы этот человек к нам приехал. Мы вышли на него через прокатчика, написали: мол, показываем ваше кино, и хотелось бы увидеть замечательного режиссера. На что был получен ответ: режиссер очень занят. Но поскольку слова «нет» не прозвучало, я продолжал просьбы, и в итоге нам дали его электронный адрес. Я стал писать: «Уважаемый Андрей Петрович, мы сейчас показываем ваше «Возвращение», хотим показать «Изгнание», давайте вы к нам приедете». Месяца два мы с ним переписывались.
Что его поразило в конечном счете — это раки с игристым (смеется). Ну нетрадиционно же. Он написал: «Раков с игристым я еще не пробовал». И после этого приехал. Так совпало, конечно, что у него нашлось наконец время. Но это была одна из фишечек, которая тоже сподвигла.

Для Звягинцева мы составили очень насыщенную программу, но он сказал: «Ребят, давайте я просто полежу в гостинице, отдохну». И мы все отменили. Не сказать, что его особенно узнавали в Ростове, но в ресторане, где мы ужинали, к нему подошли два хорошо поддатеньких мужика: «Вы Звягинцев? — «Ну да». — «А можно сфотографироваться с вами?» Он не отказал, снялся.

Вообще Звягинцеву очень понравилась ростовская публика, он сказал, что ростовчане — одни из самых лучших зрителей, что он встречал. Очень терпеливо отвечал на вопросы из зала, когда был здесь на творческом вечере с Константином Лавроненко и Марьяной Спивак. Причем ужас в том, что вопросы задают одни и те же, видимо, человек, готовясь сказать что-то в микрофон, просто не слышит, что говорят другие. Но если кто об этом и переживал, то только я. Звягинцев был спокоен и доброжелателен.

Чаще всего спрашивали, чувствует ли он ответственность художника. Что-то вроде «а что хотел сказать режиссер?» Темы-то острые. Да он ничего не хотел сказать, это ваши мысли, он хотел, чтобы вы задумались. Звягинцев говорит так: «Есть пропасть, куда мы ныряем и достаем нечто, чем можем поделиться». То есть режиссер просто стоит между нами и этой черной пропастью.

Думаю, отношения Звягинцева и ростовской публики — одна из причин, по которой он в Ростов уже трижды приезжал и еще собирается. Он даже ковидным летом, проездом в Крым, заехал в Ростов, с женой и тремя детьми. Мы тогда экстренно сделали просмотр «Елены» в «Большом». Они семьей побывали в Старочеркасске, посмотрели на все наши казачьи движения. Вообще он в Таганрог все время хочет попасть, но все время что-то мешает.

А вот Антон Долин по Ростову погулял. Больше всего ему понравились мозаики в переходе. На Ворошиловском, обратите внимание, ведь одна стена — история жизни от рождения до выпускного бала. Кстати, в последней картине певица на сцене — это же Алла Пугачева! Долин был просто в восторге. Он выложил пост с кучей фотографий этой мозаики, и пост тут же набрал 10 тысяч лайков. А вот сами ростовчане к мозаике относятся примерно так: ну плитка и плитка, как в туалете.

Зато по поводу набережной, которой многие гордятся, я ни разу не слышал никакого энтузиазма от приезжих. Рынок — да, все же поражает. Звягинцев не был, а Долину очень понравился, особенно ряды с соленьями. Он их очень любит, прикупил соленых арбузов, помидоров, лучок маринованный. Но и в галерею «Ростов» зашел, на выставку.


Нужна ли культура Ростову? Если брать экономический контекст и эмоциональный, то, по большому счету, мы все находимся в довольно депрессивном состоянии. А такое состояние у большинства людей не требует соприкосновения с искусством. Но есть меньшинство.

Показы в киноклубе требуют размышлений. Они, конечно, сильно отличаются от киносимуляторов хорошего настроения. Часто люди выходят с наших сеансов в ужасе и шоке, и пока не переварят, не поймут, что это на пользу. И это тоже особенность настоящего искусства. Его нужно осознать. Почему мы и делаем обсуждение: мы создаем поле для версий, многие из которых кому-то и в голову бы не пришли. Мы все по-разному видим одно и то же. И иногда мандраж по телу от озарений.

Летом готовлю показ настоящего кинохита, который на большом экране показывали аж в 1974-м. В июле Александру Кайдановскому исполняется 75 лет. Почта России к дате сделает «штамп одного дня» с профилем Кайдановского и хочет привлечь внимание к этому событию. Они попросили найти площадку, чтобы показать фильм с ним. Выбрали IMAX в «Киномаксе», самый большой экран Ростова. Киноклуб сделает спецзапрос в «Мосфильм» и покажет «Свой среди чужих, чужой среди своих». Думаю, будет классно.

Поймите, на большом экране фильмы смотрятся совсем иначе. Это особое ощущение, для гурманов. Сейчас же при оцифровке убирают дефекты, делают тупую глянцевую картинку. Я получил грандиозное удовольствие от фильма Паоло Соррентино «Последствия любви»: оно было с зерном пленки, штришками — прямо «кино-кино».