Ростовчанин, которого Горбачев не смог уволить, а Черномырдин звал к себе вице-премьером
Люди

Ростовчанин, которого Горбачев не смог уволить, а Черномырдин звал к себе вице-премьером

Основатель «АиФ» Владислав Старков — в проекте «Гражданин Ростова-на-Дону».

В этом году банку «Центр-инвест» исполняется 30 лет. Обычно подарки дарят юбилярам, но в данном случае «Нация» и «Центр-инвест» сообща придумали подарок родному городу — проект «Гражданин Ростова-на-Дону». Мы расскажем истории 30 наших земляков, которые много сделали для города, прославили его не только в пределах России, но и за рубежом. 
В рамках проекта уже опубликовано 19 очерков, среди них, например, истории об авторе главного гола отечественного футбола Викторе Понедельнике, о создательнице французского журнала Elle Элен Гордон-Лазарефф, о великом актере Александре Кайдановском
Сегодняшняя история — о создателе и главном редакторе газеты «Аргументы и факты» Владиславе Старкове.
Фото: aif.ru
Фото: aif.ru
Первый настоящий российский медиамагнат. Из скромного бюллетеня общества «Знание» создал самый массовый в мире еженедельник — и попал со своими «Аргументами и фактами» в Книгу рекордов Гиннесса. Один из самых влиятельных людей в России 90-х.

Владислав Старков родился 28 февраля 1940 года в Томске в семье кадрового военного. Сибирское детство было недолгим: после окончания войны отца отправили служить в Австрию. Но и жизнь в Вене Владику вряд ли сильно запомнилась: в 1948-м Старковы переехали в Ростов. Город на Дону и стал для него родным. Здесь он получил два высших образования, которые определили всю дальнейшую жизнь, здесь обрел настоящих друзей — тоже на всю жизнь. «Впоследствии его многие считали настоящим донским казаком — один кудрявый чуб чего стоил», — пишет в своей книге «Мир и война Владислава Старкова» Наталья Желнорова, работавшая замом нашего героя-главреда. (Книга замечательная, многое для этого очерка почерпнуто из нее. Автор дала высказаться и сторонникам, и противникам Старкова; собрала и важные факты, и незначительные, но любопытные детали — из которых и сложился живой непарадный портрет.)

Один из его друзей, Владимир Суичмезов, рассказывал, как после окончания вуза Старков с компанией отдыхали в Крыму. Днем ныряли до одури, стараясь найти подводные декорации к фильму «Человек-амфибия» (местные говорили, что они там есть, только очень глубоко); по ночам под местную «Массандру» вели долгие беседы. Кем быть в этой новой взрослой жизни; как вообще ее жить? «Хорошо помню фразу Влада: жить нужно так, чтобы, в первую очередь, было интересно тебе самому», — вспоминал Суизмезов.

Вот как описывал свою молодость сам Старков: «Почему-то принято считать, что человек в 20 лет — неуч и бездарь. Это ерунда! В свои 20 лет, например, я был энциклопедически развитым человеком и знал многое — от физики до литературы. Проблемы? Моей главной проблемой были деньги! У меня их никогда не хватало на то, чтобы сводить девушку в кино или купить бутылку вина. Единственным выходом было — уговаривание. Моя первая любовь когда-то сказала: «Ты так умеешь уговаривать, что тебе невозможно отказать».
Фото: argumenti.ru
Заядлый театрал Старков со своими друзьями — народными артистами Олегом Табаковым и Авангардом Леонтьевым. В тяжелые 90-е «АиФ» помогал московским театрам финансово с организацией гастролей, постановкой спектаклей.
Фото: argumenti.ru
По первому образованию он инженер-электронщик. После окончания Ростовского института сельхозмашиностроения его распределили на Липецкий металлургический комбинат. Но в душе Старков был лирик, ему нравились классическая музыка и театр — он не хотел в Липецк! Хотел в Москву, где все это было. (К слову, когда Старков уже сам стал жителем столицы, то искренне удивлялся: «Как могут люди жить в Москве и нигде не бывать? Как можно называть их москвичами?»)

Электронщик в начале 1960-х — профессия экзотическая, даже в столице не так-то просто найти место работы. Старков понимал: единственное, куда он может устроиться, какой-нибудь засекреченный НИИ, «почтовый ящик», как их называли в то время. Но как найти то, что засекречено?! Он придумал вот что: садился в электрички и ездил по Подмосковью — высматривая, на каких станциях сходит больше всего суровых людей с военной выправкой и людей с лицами инженеров. Вычислил станцию Подлипки (вычислил верно: там был большой центр ракетостроения). Найдя в поселке «почтовый ящик», Старков стал расспрашивать на проходной, где отдел кадров и какие молодые специалисты нужны учреждению. Такие расспросы могли выйти боком, но, на счастье Владислава, здесь же по своим делам оказался и важный сотрудник Гидрометеоцентра. «Зачем вам эта глушь? — вцепился он в электронщика. — Поедемте работать к нам, в Москву, у нас и ЭВМ есть, и жилье для сотрудников». Это было настоящее везение.

Инженером вычислительного центра Гидрометеоцентра СССР Старков проработал 10 лет, до 1973 года. Там встретил свою будущую жену Юлию. Попробовали сначала жить с ее родителями, но властный тесть, генерал Федор Кузнецов, бывший начальник ГРУ, и зять с задатками лидера «не сошлись характерами». Тогда молодые съехали в Коптево, где Владиславу от работы дали комнату. Всей жилплощади — 7,7 кв. метров. Инженер Старков своими руками превратил ее в уютное гнездышко. «Там умещалось абсолютно все, — рассказывала жена Юлия. — У нас все было откидное: откидная двуспальная кровать, откидной автоматический стол. Он даже пульт управления телевизором сам смастерил, их еще не было. Так что мы жили, можно сказать, в такой американизированной квартире».
Фото: argumenti.ru
С женой Юлией Федоровной.
Фото: argumenti.ru
Все эти годы он продолжал наслаждаться тем, за чем, собственно, и уехал из дому — культурной жизнью столицы. Подруга семьи Старковых вспоминает забавный случай начала 70-х. Достали билеты на концерт модного французского шансонье в Театр эстрады. Перед самым началом в зал вбегает опоздавшая парочка, и Старков с друзьями с изумлением узнают в молодой женщине… Катрин Денев (о приезде которой в Москву никто не знал). «Так, девочки, — сказал Старков, — здесь свое удовольствие мы уже получили».

Владислав Андреевич говорил, что, если бы не журналистика, он вполне мог стать театральным режиссером. Но стал — журналистом. Причем поступил заочно на журфак в родном городе, чтобы почаще видеться с родителями и друзьями.
Дочь Елена Старкова рассказывала журналисту Наталье Желноровой: «Окружающие отца люди были очень близки ему. Многие были из его детства, из его юношества, когда была тотальная свобода. Они вместе ловили и ели раков на берегу Дона, пили пиво или ходили на рынок, пробовали у каждого по яблочку, по огурчику или по ложечке творожку, когда есть было нечего. Такое тогда у них было веселье.
У многих бывают друзья на какой-то период. Друзья детства, например, иногда встречаются, вспоминают, а потом снова расходятся каждый в свою взрослую жизнь. У отца же они тянулись за ним по всей жизни. Это связано с тем, что он не мог открыться кому-то новому, а тем людям мог».

Старков перетаскивает ростовских друзей в столицу. Ближайший его друг Борис Павлов в Москве познакомился и женился на писательнице Людмиле Петрушевской. Некоторых товарищей Владислав сам сводит с будущими женами: «Ну, сами посмотрите, ну какая же вы красивая пара!..»

У него были два свойства характера, которые удивляли московское окружение, люди нередко не хотели и не могли принять этого в Старкове — он умел дружить по-ростовски, и он, по-ростовски же, жил сам и давал жить другим. Позже он возьмет своих ростовских друзей в «Аргументы и факты» (кого кем, главное, чтобы человек хороший был, а должность найдется), потом — друзей друзей… Коллектив будет роптать на «ростовскую мафию» (об этом немало в «Мире и войне Старкова»). Но это была его медиаимперия. Которая жила по законам абсолютной монархии.
(В тему «ростовской мафии». В канун 2000 года автор этих строк, молодой сотрудник «АиФ-на-Дону», попал на новогодний бал «Аргументов и фактов». «Корпоратив», «банкет» — язык сказать не повернется, это был именно что бал в старинном особняке, который занимала редакция на респектабельной Мясницкой улице. Желая приободрить провинциала, кто-то из руководства, кажется, редактор газеты «АиФ. Здоровье» Виктор Романенко, ткнул меня в бок: «Не тушуйся, я вообще из Батайска». Батайск — город-спутник Ростова.)
Особняк «АиФ» на ул. Мясницкой, 42, ранее усадьба Барышниковых. Дата постройки — конец XVIII века.
Особняк «АиФ» на ул. Мясницкой, 42, ранее усадьба Барышниковых. Дата постройки — конец XVIII века.
Его близким другом была и журналистка ростовской областной газеты «Молот» Людмила Винникова. (Они одного возраста, но взрослый заочник Старков проходил у нее практику в отделе писем, так и подружились. Впоследствии он часто говорил: «Это Люда научила меня писать».)

Однажды, придя на работу, Винникова обнаружила коллег в состоянии оторопи. Редактор протянул ей конверт (уже вскрытый в отделе писем). На конверте стоял штамп МИД СССР. Общее волнение передалось и Людмиле. Потом было удивление. А в конце она громко хохотала. На официальном бланке МИДа, за подписью всесильного министра Громыко, говорилось о нехватке квалифицированных советских журналистов за границей. «Товарищу Винниковой Л. Н.» предлагалась на выбор аккредитация и работа в Лондоне, Париже, Вашингтоне. Конечно, такое письмо потрясло ростовскую редакцию — да так, что они не обратили внимание на последнюю строчку: «Целую. Твой Громыко».
Это был шутник Старков.
В начале 90-х, задумав создать региональные приложения «Аргументов и фактов», он предложит возглавить ростовскую редакцию Винниковой. Людмила Николаевна будет делать одну из лучших «аифовских» регионалок на протяжении 24 лет, до своего последнего часа.
Фото: aif.ru
Людмила Винникова и Владислав Старков.
Фото: aif.ru
…Получив красный диплом журфака, Владислав находит место специального корреспондента Московской редакции Всесоюзного радио. Коллеги видят в нем человека пробивного, умеющего договариваться — и избирают председателем профбюро. Ему нравилось помогать людям, делать праздники. Например, благодаря Старкову радийщицы вместо банальной веточки мимозы получали на 8 Марта дефицитные тюльпаны и коробку шоколада. Потому что задолго до праздника он выстраивал сложные схемы — суля что-то взамен цветоводческому хозяйству и фабрике «Красный Октябрь». Но в творческом плане работа на радио его не удовлетворяла, и скоро он ушел оттуда.

Теперь он завотделом истории в издательстве «Международные отношения», которое входило в структуру общества «Знание». Именно под эгидой «Знания» руководство страны в конце 1970-х решило выпускать информационный бюллетень для партийных пропагандистов. Первый номер бюллетеня вышел 1 января 1978 года тиражом 3000 экземпляров (запомните это число).
«Аргументы и факты» — какими они были в самом начале? Восемь маленьких страничек дайджеста — перепечаток из советской периодики. Подписаться на бюллетень мог не каждый — только по партийному соизволению. Материалы «Аргументов» должны были помочь пропагандистам ответить на каверзные вопросы в каком-нибудь колхозном или заводском ДК. «Зачем нам война в Афганистане?», «Почему в магазинах шаром покати, несмотря на «пятилетки в три года?» и так далее. Вопросов в головах советских граждан возникало все больше. Крайне способствовали этому «вражеские голоса» — «Голос Америки», Би-би-си, «Немецкая волна». Кстати, «аифовцы» по долгу службы обязаны были слушать иностранные радиостанции, чтобы затем опровергать «потоки лжи и клеветы». (Наверное, жутко не высыпались, ведь по ночам «голоса» лучше прорывались через глушилки.)
Первый номер бюллетеня «Аргументы и факты» (Из выступлений советской печати по вопросам критики буржуазной идеологии и пропаганды)». Январь 1978 года.
Первый номер бюллетеня «Аргументы и факты» (Из выступлений советской печати по вопросам критики буржуазной идеологии и пропаганды)». Январь 1978 года.
Вот как описывает очевидец жизнь «АиФ» в самом ее начале: «Редакция помещалась на Малой Бронной, 12, в обычном жилом доме — сначала в одной квартире, а потом в двух. В редакции царила невероятная бедность. Окна были заклеены на зиму разрезанными на полосы газетами. У входной двери стояло блюдце с молоком для кошки. Единственной редакционной машиной был «газик». Платили какие-то копейки. Сотрудников у Старкова было человека четыре или пять, не больше, включая секретаршу Тамару, которую он взял с собой с радио и которая прошла с ним бок о бок всю его жизнь. На всю редакцию было два телефонных номера, один из которых принадлежал Старкову».

Поначалу редакция сама сочиняла вопросы к своим контрвыпадам, однако, когда «Аргументы и факты» стали доступны не только пропагандистам, но и обычным читателям, настоящие живые острые вопросы пошли по почте лавиной. Без преувеличения — мешками. Старков и его команда искали на них ответы и публиковали их — играя в очень рискованную игру. С одной стороны, они оставались официозным государственным изданием, с другой — создавали СМИ, которое первым в стране заговорило с читателем о том, что его действительно волновало.
Интересно, что вначале под заметками не указывалось авторство (вроде бы даже сам главред не ставил свою фамилию в конце газеты).
Старков призывал журналистов писать просто и доступно — «чтобы понятно было тете Маше и Васе Пупкину». Но попробуй еще угоди ему в этом! «Просто» надо было, как в русской литературе: «Если у тебя язык бедный, читай Чехова», — говорил Старков.

Народное признание и авторитет «АиФ» росли от номера к номеру. Курьезный пример: однажды в газете вышла заметка об объемах производства нефти в СССР. Вскоре пришло письмо с вопросом от читателя: «Расскажите поподробнее, как будут развиваться новые месторождения нефти». Казалось бы, что необычного, вот только спрашивал… начальник отдела нефтепродуктов Госплана СССР!

Читали «АиФ» и в самых высоких кабинетах. 13 октября 1989 года состоялась судьбоносная (по крайней мере, для Старкова) встреча генсека ЦК КПСС Горбачева с редакторами СМИ и писателями. «Горбачев кричал на нас, — вспоминал редактор «Огонька» Виталий Коротич, — вначале на многих сразу, обвиняя прессу в безответственности и плохом служении партийному делу». Старкову досталось больше всех. За неделю до этого в «АиФ» были опубликованы итоги соцопроса — об отношении читателей к политическим персонажам. На основе 15 000 писем и открыток читателей первое место в соцопросе занял академик Сахаров. Далее шли тогдашние оппозиционеры Ельцин, Попов, Собчак. Горбачев был только пятым в списке. И он увидел в этом чью-то провокацию.
«Горбачев тыкал пальцем в Старкова и кричал, что на его месте он подал бы в отставку и ушел из газеты», — рассказывали очевидцы.
Фото: Юрий Инякин, газета «Известия»
Борис Ельцин и Михаил Горбачев, 1989 год.
Фото: Юрий Инякин, газета «Известия»
Но впервые глава советского государства получил не только отказ, но и невиданное сопротивление. Коллектив «АиФ» сплотился вокруг своего Главного. «Не отдадим». Политобозреватель Желнорова столкнулась в кремлевском лифте с членом Политбюро ЦК КПСС Александром Яковлевым. Заговорили о Старкове. «Ну, выгоняют, — сказал журналистке партийный небожитель, — что тут такого? Политбюро любого может назначить и любого снять». — «Но только не Старкова. Он сам создал свое место. Из маленькой газетенки сделал могучую газету. Ей верят во всем Союзе. Ничего готового, как другие редакторы, он не получал. Пришел на пустую поляну и поставил там избу». (Сверхприбыльную, надо отметить, «избу»: в это время «Аргументы и факты» приносили государству 6 млн рублей в месяц. А главный редактор по-прежнему ходил на работу пешком.) Член Политбюро был растерян и даже напуган таким напором журналистки.

Боролись всей редакцией. Метод борьбы подсмотрели у другого ростовчанина — Александра Солженицына. В своей книжке «Бодался теленок с дубом» он пишет, что, когда с тобой борется система, нужно производить как можно больше шума — чтобы не сожрали по-тихому.
Старков в те горячие дни дал десятки интервью иностранным журналистам. Очередь из интервьюеров начиналась у его кабинета, а заканчивалась уже на улице. Идущие по Малой Бронной спрашивали: кто крайний и что дают? Это не метафора.

Старков победил, Горбачев проиграл (хотя уволил редактора газеты «Правда» — чтоб хоть кого-то уволить). На волне всенародной поддержки, и чтобы еще больше обезопасить газету, Владислав Андреевич и еще четверо его журналистов в 1990-м избираются в тогдашний парламент — становятся народными депутатами РСФСР. В том же году «Аргументы и факты» попадают в Книгу рекордов Гиннесса за самый большой тираж в истории человечества — 33 441 100 экземпляров! (Выше я просил запомнить — 3000 экз., чтобы сейчас констатировать: Старков и команда подняли тираж в 11 тысяч раз.) Число читателей одного номера оценивалось в 100 миллионов человек.
Фото: argumenti.ru
Владислав Старков и Маргарет Тэтчер.
Фото: argumenti.ru
В 1990-м же году главред «АиФ» был приглашен на интервью к Маргарет Тэтчер, премьер-министру Великобритании. В редакции долго думали над подарком, достойным «железной леди». Придумали — золотая пятирублевая монета 1791 года. Тэтчер, говорят, сразу узнала на барельефе Екатерину Великую.
В самой России в 90-х не было ни одного политика, который не хотел бы попасть на страницы народного еженедельника. Министры, губернаторы, лидеры партий — все считали за честь приехать (уже в особняк на Мясницкой, 42) и дать интервью Самому Старкову. По четвергам в кабинете главреда устраивались роскошные обеды для вип-гостей.
По-разному проходили эти застолья, иногда очень эмоционально, вплоть до хватания за грудки (так было, например, с Явлинским). Лужков, вспоминают, тоже был недоволен, когда Старков стал учить его, как правильно обустраивать Москву (но потом согласился с большинством тезисов — они были дельными).
А Зюганов так и вовсе, не доев котлету по-киевски, встал и ушел из кабинета. Не понравились вопросы. Но его догнали и объяснили, что тогда так и напишут: «Лидер коммунистов сбежал с интервью в «Аргументах и фактах». Геннадий Андреевич, поразмыслив в коридоре, решил вернуться. Через неделю было опубликовано острое откровенное — удачное интервью.
Фото: aif.ru
Геннадий Зюганов, коллаж главного художника «АиФ» Андрея Дорофеева.
Фото: aif.ru
Все чаще Владислав Андреевич во время таких встреч не спрашивает, а сам говорит чиновникам и политикам, что и как нужно делать в стране. Его не перебивают, фиксируют, внемлют. Почему они вообще его слушали? Кто ОНИ — а кто он? Для справки: в 1994 году Старков попадает в список 100 самых влиятельных лидеров в России (служба изучения общественного мнения Vox Populi).
Однажды аудиенцию у главного редактора «Аргументов и фактов» попросил премьер-министр России Виктор Черномырдин. Встреча на даче Старкова в Переделкино длилась больше 5 часов. Черномырдин уговаривал газетчика перейти на работу в правительство — на должность вице-премьера. Хозяин дачи отказался: «Не могу бросить газету», предложил вместо себя директора ИТАР-ТАСС Игнатенко (вице-премьер в 1995–97 годах).

Планерки, новые рубрики, редизайны были Старкову интереснее, чем подковерные кремлевские игры. Вот лишь одно из многих свидетельств креативности главного «аифовца». Журналистке, которая провела не одну сотню бесед с сильными мира сего, он предложил однажды сделать интервью с… ее мамой: «Она у тебя умная добрая, стольких детей вырастила. Разве неинтересно, что думает о сегодняшней жизни старшее поколение?» Интервью вызвало отклик и в миллионах взрослых читателей, и в их детях — читателях тоже.

Одна из отличительных черт «Аргументов и фактов» — коллаж на первой полосе. Еще во времена Горбачева Старков предложил молодому художнику Дорофееву попробовать себя в этой технике: «Придумай что-нибудь поострее». Художник и придумал: стоит Венера Милосская на фоне пустых прилавков в магазине, прикрываясь советским рублем. И подпись: «В дефиците всё, кроме денег». Для нынешнего изощренного креатива, может, и ничего особенного, а по тем временам — голова с плеч. Чего и требовали разгневанные советские граждане в своих письмах в редакцию и в ЦК КПССС. Старков, конечно, тут же предложил художнику место в штате. Читатели довольно скоро привыкли к оригинальным иллюстрациям на обложке газеты, а вот само слово «коллаж» (в подписи «коллаж А. Дорофеева») людей еще долго смущало. «Уважаемый Коллаж Дорофеев», — так иногда начинались письма в редакцию…
Коллаж Андрея Дорофеева на главную тему 2020-2021 годов. Дорофеев трудится в «АиФ» вот уже 33 года.
Коллаж Андрея Дорофеева на главную тему 2020-2021 годов. Дорофеев трудится в «АиФ» вот уже 33 года.
То, что он доверил свою первую страницу, лицо газеты, «человеку с улицы» — в этом был весь Старков. Дорофеев не был профессиональным художником: закончил МАИ, работал «на космос» (конструировал тороидальные баки для космических аппаратов). Главред «Аргументов и фактов» подбирал людей по наитию, даже по внешности. Любил, чтобы в «анамнезе» кроме журналистики у новичка было еще что-то: экономическое образование, строительное, медицинское.

К началу 2000-х у «АиФ» 68 региональных редакций; газета распространяется в 52 странах мира. Выпускается много популярных газет-«дочек»: «АиФ. Здоровье», «АиФ. Дочки-матери», «Аиф. Я — молодой!», «АиФ. Есть идея» и так далее. Действует собственная мощная служба распространения. Даже о создании своего банка задумывались всерьез (а что, бизнес-навыки были: в начале 90-х, чтобы редакция могла продолжать делать газету, «аифовцы» и бельгийской ветчиной торговали).
«АиФ» покупает квартиры в Петербурге, Ростове (позже и за рубежом) — в которых могут останавливаться командированные и просто отдыхающие «аифовцы». Под Анапой строят небольшой пансионат для сотрудников и их семей.
Дела, кажется, идут только в гору. Но так кажется со стороны. Редакцию раздирают противоречия и клановые междоусобицы; Старков то встает на сторону «старой гвардии», то он с «молодежью».

Помимо творческих разногласий кровь «аифовцам» портят и финансовые. Когда-то давным-давно, на заре приватизации, главред и 27 журналистов стали акционерами «Аргументов и фактов». Количество акций распределено было в соответствии с вкладом каждого (трудовой стаж, размер зарплаты и так далее). Некоторые советские главреды становились единоличными акционерами, Владислав Андреевич так не захотел — считая, что это общее детище.

В самом начале нулевых один из акционеров разругался с главным редактором, решил уволиться и продать свой пакет («пакетик» вернее сказать — 0,3% от общего количества акций). Старкову, говорят участники истории, стоило просто выкупить эту долю и тем закончить, но нашла коса на камень. Главный решил ни копейки не давать бунтовщику, тот нанял хорошего адвоката, стал перетаскивать на свою сторону других мелких акционеров, мол, с вами поступят так же: отнимут и выкинут.
Число желающих продать свои акции росло. «Я слышал, сотрудники, имевшие даже по 1 акции, получили чуть ли не полмиллиона долларов США», — делился очевидец, журналист «АиФ» Влад Полупанов.

В итоге, когда покупатель тех самых 0,3% (банк, в котором обслуживался «АиФ») пришел к Старкову, Владислав Андреевич тоже согласился продать свой пакет акций. Он просто устал от борьбы и грызни в коллективе. И от самой газеты тоже. «Я устал читать все эти полосы».
Он руководил газетой, которую сам же и создал, 22 года.
Фото: argumenti.ru
Старков был очень дружен и с Аллой Борисовной Пугачевой.
Фото: argumenti.ru
Казалось бы, теперь живи и радуйся — все для этого есть: деньги, время, увлечения, идеи. Он построил в Подмосковье круглый дом по собственному проекту (был у него и архитектурный талант, отмечаемый профессионалами). Старался больше общаться с близкими друзьями из мира культуры: с Аллой Пугачевой, Галиной Волчек, Олегом Табаковым и другими.
Но долго без своих «Аргументов и фактов» он не смог. Зачах, угас; инфаркт и инсульт случились одновременно. Владислава Андреевича Старкова не стало 4 декабря 2004 года.

«АиФ». Семья газет для всей семьи» — этот слоган когда-то знали все в стране. Но Старков и коллектив растил как свою семью. Был очень влюбчивым в новых «домочадцев» (впрочем, в той же степени и «разлюбчивым»).
«Коллектив Старкова боялся, — вспоминала журналист Виктория Шкаровская. — Но — все-таки и любил. Как любят отца: со всеми его заскоками, плюсами и минусами, и чего больше, понимаешь только тогда, когда его не станет. А еще, что не с ним трудно, а — без него».
В «Аргументах и фактах» его звали Шеф. А еще — Папа.
Скульптура собачки Аифки — символа газеты в 90-х (помните, в телерекламе она приносила «АиФ» подписчикам?). Скульптура находится во дворе пресс-центра «АиФ» на улице Мясницкой, 42.
Скульптура собачки Аифки — символа газеты в 90-х (помните, в телерекламе она приносила «АиФ» подписчикам?). Скульптура находится во дворе пресс-центра «АиФ» на улице Мясницкой, 42.
Партнер проекта «Гражданин Ростова-на-Дону» — банк «Центр-инвест». Один из лидеров отрасли на Юге России, «Центр-инвест» с 1992 года развивает экономику региона, поддерживает малый бизнес и реализует социально-образовательные программы. В 2014 году при поддержке банка создан первый в России Центр финансовой грамотности. Сейчас их пять: в Ростове-на-Дону, Краснодаре, Таганроге, Волгодонске и Волгограде. Уже более 600 тысяч человек получили бесплатные финансовые консультации. В их числе школьники, студенты, предприниматели, пенсионеры.
«Центр-инвест» известен также как учредитель и организатор ежегодного Всероссийского конкурса среди журналистов на соискание премии им. В. В. Смирнова «Поколение S».

Если вы хотите не пропустить новые выпуски проекта «Гражданин Ростова-на-Дону», подпишитесь на нас в Яндекс.Дзене«ВКонтакте» и Телеграме.

Логотип Журнала Нация

Похожие

Новое

Популярное
Маркетплейсы
Югагро (до 25 ноября)
ПроПротеин (по 22 сентября )
Выставка АГРОС-2023 (по 27.01.2023)
ПротеинТек (по 21 сентября)