Приз за «Самый странный фильм» получает режиссер Кайдановский
Люди

Приз за «Самый странный фильм» получает режиссер Кайдановский

Великий артист в нашем новом проекте «Гражданин Ростова-на-Дону».

автор Ольга Майдельман/заглавное фото РИА Новости.

23 Июля 2021

В следующем году банку «Центр-инвест» исполняется 30 лет. Обычно подарки дарят юбилярам, но в данном случае «Нация» и «Центр-инвест» сообща придумали подарок родному городу — проект «Гражданин Ростова-на-Дону». В течение года мы расскажем истории 30 наших земляков, которые много сделали для города, прославили его не только в пределах России, но и за рубежом. 
Нам кажется, это важно и нужно: о ком-то из наших героев молодые читатели услышат впервые. Конечно, этот список из 30 фамилий будет довольно субъективным. И конечно, в Ростове жило и живет намного больше замечательных энергичных людей. Но уверены, что о каждом нашем герое вы скажете в свое время: «Я горжусь, что мы из одного города». 
Первый выпуск проекта — «Денег нет, но вы вернитесь». Удивительная история мэра Ростова, которого горожане сначала выжили, а потом умоляли возвратиться» — можно прочесть здесь
Герой второй серии — актер и режиссер, которого друзья и коллеги называли человеком с другой планеты. 23 июля 2021 года — 75 лет со дня рождения гениального Кайдановского.

Александр Кайдановский (1946–1995) снялся в 50 картинах, еще 6 снял сам как режиссер, озвучил 7 мультфильмов, сыграл одного из самых неоднозначных Гамлетов на сцене.

Актером был еще дедушка — Лев-Иезекииль Кайдановский, он играл на сцене Народного театра Екатеринослава (ныне Днепр, Украина), и внешне они с внуком были очень похожи: и гордым профилем, и горящим, слегка безумным, взглядом.
Отец от искусства был далек, технарь, работал в КГБ, а потом на управляющих должностях в гражданских организациях, связанных то с радарами, то с подводной сваркой. Сына любил и называл не иначе как Сашенька.
isrageo.com
Мама была не так ласкова с ним. Она заведовала детским драмкружком в ростовском ДК энергетиков и ставила небольшие спектакли. Сыну Вера Александровна ролей не давала. Считала его неартистичным.

Детство Саши вряд ли можно назвать счастливым. Это понятно по рассказу его двоюродной сестры Людмилы Булгаковой: «Саша был совсем маленький, когда его мать Вера решила, что для нее сейчас важнее всего образование. Она оставила ребенка на мужа и старенькую мать и махнула в Москву, поступила в институт культуры. Пять лет не приезжала домой — училась…. Когда Саше пришла пора идти в школу, его сдали в интернат».

То есть практически детдом при живых родителях (к тому времени у каждого из них появилась новая семья). Можно только догадываться, что пришлось испытать Саше и как изменился его характер там, где всё — общее, кроме подписанной печатными буквами одежды.

Закончив 7 классов, Саша по настоянию отца поступил в сварочный техникум в Днепропетровске, где жила его тетка. Возможно, сам Кайдановский поначалу не видел себя актером. Но зато это увидел режиссер драмстудии местного ДК. И отговорил мальчика от судьбы сварщика.

Саша вернулся в Ростов и подал на театральное отделение в училище искусств. Как вспоминал потом педагог, набиравший курс, приемную комиссию он сразил наповал. Кайдановский и тогда выделялся из общей массы, но как-то неправильно: ребята там были после армии, а ему всего 15 лет. Тощий, с длинной шеей, какими-то нездешними прозрачными глазами, скромно и немодно одетый. Читал Маяковского, да так, будто сам написал эти стихи. «Послушайте! Ведь, если звезды зажигают, значит это кому-нибудь нужно?»

Однако скоро звездный мальчик был отчислен: во время выпускных спектаклей ему вдруг вздумалось уехать в Москву — за культурными событиями, и такого шага понять не смог никто. Через год он восстановился — на курс Михаила Бушнова, тогда еще не народного артиста СССР, но известного в Ростове актера, к тому же выпускника столичной «Щуки» (училище им. Щукина). С Кайдановским у них не случилось ни одного скандала, но и Бушнова кроткий светловолосый юноша поражал: «Он, несомненно, был неординарной личностью, выделялся из всего курса какой-то яркой манерой жить, этакой необъяснимой «забурунностью» — необузданностью души, которая бросала его из одного состояния в другое».

В Ростове Саша поселился у отца с мачехой, в пятиэтажном доме на Московской, 76, угол с Газетным. Сейчас на его фасаде висит мемориальная табличка «Здесь жил Кайдановский…». Дом, кстати, с небольшим киношным прошлым: на этом месте снималась сцена кинохита 1960-х «На семи ветрах» — героиня ищет здание ЗАГСа, а находит руины. В 1962-м послевоенные руины наконец отстроили, и Кайдановские въехали в новую 3-комнатную квартиру.

В Ростове Саша впервые влюбляется — в свою партнершу по сцене, Иру Бычкову. «Мы познакомились в ростовском Дворце культуры строителей осенью 1962 года. Играли в одном спектакле — влюбленную пару. С первой репетиции мы не расставались, ходили одной компанией». В конце спектакля влюбленные женятся, в конце концов, поженились и Саша с Ирой.


Впрочем, семейная жизнь его мало увлекала. Как отмечали потом все женщины актера, Кайдановский был человеком безбытным и совершенно помешанным на книгах. Даже в детстве пределом его мечтаний была книжка из магазина «Букинист»: там продавались редкие экземпляры. Ирина вспоминала, что из карманов его брюк всегда торчала книжка: «Пушкина знал от корки до корки. Не все что попало читал: у него было бешеное чутье и отменный вкус. Он мог отдать последнюю рубашку первому встречному и, кстати, отдавал. Но не всегда помнил: поел он сегодня или нет».

Ни культа еды, ни культа одежды у него не было. На первом месте — друзья, вино и бесконечные, до утра, споры об искусстве. «Женщинами мы тогда не интересовались», — говорит его ростовский друг, искусствовед Валерий Резанов. «Стихи читали. Саша хорошо знал поэзию XX века. Очень многое наизусть. Любил Франсуа Вийона. И читал его в оригинале. Даже французский выучил. Он так тонко, вдохновенно читал, что я просто заслушивался музыкой стиха. А о чем стихотворение — становилось неважно».

Своей эрудицией ростовский провинциал потрясал и тех, с кем общался в Москве. При всем этом Кайдановский не был книжным червем; например, легко, не колеблясь, шел в драку. «Как-то я узнал, что за моей девушкой Тамарой стал кто-то ухаживать, — вспоминал его сокурсник по сварочному техникуму. — Мы стояли всей нашей компанией у Дворца студентов, когда мой соперник прошел мимо. Саша, не раздумывая, первым бросился на него, как бык, и они, по рыцарским правилам Днепропетровска, стали биться один на один. У Сашки была разбита губа, но и его врагу сильно досталось. Когда я спросил у него: «Ну зачем?! Это же мое дело!» Он ответил: «Так ведь наших обижают!»

Александр Адабашьян помнит случай, когда, уже в Москве, сидя в расслабленной компании, Кайдановский внезапно, с вилкой в руках, кинулся на видного профессора. «Для него болезненной темой был провал декабристов. Он их считал великими. И тут этот гость, профессор вдруг сказал: «Декабристы должны были проиграть, среди них затесалось несколько евреев». Любое унижение человека его приводило в ярость. Кайдановский схватил со стола вилку и кинулся за ним. Он в ярости загнал профессора под журнальный столик и стоял над ним с вилкой, пока тот не извинился».

Он делал то, что считал нужным, не приспосабливался к ситуации. «Мы по сравнению с ним были просто рабы. А он был свободным, во всем», — говорила однокурсница Кайдановского по Щукинскому училищу Нина Русланова. Между прочим, в «Щуку» Кайдановский попал после того, как пройдя огромный конкурс школы-студии МХАТ, через пару месяцев этот престижный вуз бросил: стало скучно — ушел, не терзаясь.

Однокурсник Леонид Филатов признавался, что «глядел на него снизу вверх»: «Кайдановский был человек невероятный — он мог всю ночь говорить с тобой о литературе, о вещах, которых здесь не знал ни один специалист».

Кстати, Филатов был и в Марьиной роще, когда к веселой компании артистов пристали шестеро неприятных ребят. «Кто-то выщелкнул лезвие ножа, и оно с таким зловещим стуком выскочило из рукоятки, — вспоминал детали актер Владимир Качан. — Кайдановский правой рукой ухватил его за нож, просто за лезвие и стал держать. Кровь хлещет, а Кайдановский с каменным лицом держит это лезвие и говорит: «Ну и что ты теперь будешь делать?» И тот отошел. Он, так же спокойно усмехаясь, попросил у кого-то платок, перевязал руку, и мы пошли обратно в общежитие».

Однажды в детстве, во время ссоры, маленький Саша видел, как отец наставил на мать пистолет. Он говорил: «Тот случай изменил меня на всю жизнь. С тех пор я не помню, чтобы я чего-нибудь или кого-нибудь боялся».

Уже на втором курсе «Щуки» 22-летний Кайдановский сыграл самую желанную роль всех актеров — Гамлета. Эта роль зажгла звезду Кайдановского, стала событием театральной Москвы. Как и Смоктуновский в экранизации Козинцева, ростовский талант сделал шекспировского героя «своим», вытянув наружу весь горький сарказм и мучительную философию натуры принца датского — так подходящие ему. Особенно завораживал тембр Кайдановского. Он, кстати, знал, что голос у него гипнотический и часами оттачивал интонации еще в Ростове, читая стихи и записывая себя на магнитофон.

Увидев Гамлета, запала на актера и советская фам фаталь Валентина Малявина, известная романами с Тарковским и Кончаловским. Они встретились и сошлись на съемках довольно проходного фильма «Красная площадь», где Малявина, уже прима, играла главную роль, а Кайдановский — второстепенную.

Оба несвободны. Кайдановский женат, актриса замужем за режиссером Павлом Арсеновым (он потом прославился детским сериалом «Гостья из будущего»). Драмы добавляло то, что ребенок Малявиной и Арсенова умер младенцем в роддоме, а в доме Кайдановского малышка только появилась.

Первая жена, Ирина, не сразу поняла, что пригрела в доме соперницу: «Она в наш дом вошла как друг семьи. Помню, она сидела на диване, а рядом на подушке лежала крошечная Даша — ей было всего три месяца. «Какая ты счастливая! Какая у тебя дочка красивая!» Вся благоухает — духи французские, пудра... Осыпала меня комплиментами. «Чем помочь? Сходить за молоком?»

Этот роман длился шесть лет и был кровавым и беспощадным: Малявина не заламывала руки в тоске — она их резала, показывая, что ради любви способна на все (пятна крови замывала потом жена), а однажды влезла ночью в полуподвальную квартиру семьи через окно. Кайдановский пошел ее проводить и вернулся под утро в невменяемом состоянии, неся оторванный от пиджака рукав.

Наверняка причиной многих сцен был алкоголь, в 60-х и 70-х пили все — ну, не мог приличный творческий человек не напиваться периодически! Тем более, что в театре им. Вахтангова, куда после училища был зачислен молодой талант, и где ему был обещан князь Мышкин в «Идиоте», Кайдановскому доставались роли «кушать подано» буквально: он играл официанта.

Живя в Москве, Кайдановский не забывал о Ростове, часто приезжал. Любимым местом отдыха, как вспоминал Резанов, была Недвиговка: обычный песчаный берег Таганрогского залива, где они ставили палатку и где раков можно было вытаскивать прямо руками. Иногда, смеха ради, ловили и змей. «Как-то Саша взял с собой одного ужика, сунул за пазуху. Сели мы в трамвай, он достал его и пошел по вагону: «Друзья! Отдам змею в добрые руки!» Народ, конечно, шарахался, а мы ухахатывались. Этой змеей он даже контролера отпугнул, с нас ничего не взяли за проезд, и хорошо: у нас ни копейки не было».

Приезжал Кайдановский в Ростов и со своей второй женой, актрисой Евгенией Симоновой, мирным характером очень похожей на ее героиню из «Афони». Симонова потом с удовольствием вспоминала, как их водили, очевидно, в Нахичевань: «Такой квартал недалеко от театра, где частные дома в небольших садах. И мы сидели на этих террасах, а на столах были пиво, раки, помидоры сумасшедшей вкусноты. И был какой-то невероятный нон-стоп».

Из театра Кайдановский ушел, и в кино за 6 первых лет сыграл в 17 фильмах — но эпизоды. В 1973 году актер-неудачник, ему 27, сделал ход конем: неожиданно ушел в армию. Правда, в не совсем обычную — это был кавалерийский полк «Мосфильма». В этом полку в разные годы служили Андрей Ростоцкий, Сергей Жигунов, Игорь Скляр, Федор Бондарчук, Егор Кончаловский. Именно во время службы он получил не особенно интересное, казалось бы, предложение сняться в дебютном фильме 26-летнего Никиты Михалкова — в небольшой роли белогвардейца.

Молодой Михалков загорелся сделать «советского Клинта Иствуда»: речь, конечно же, о фильме «Свой среди чужих, чужой среди своих». Между прочим, оригинальный ход — часть фильма в черно-белом цвете — был придуман от отчаяния: дорогая цветная пленка «Кодак» просто закончилась.

Натурные съемки проходили в Чечне, и натурой была не только природа, но и местные джигиты, составлявшие банду. «Отчаянные ребята, — вспоминал Михалков, — приходят, спрашивают: «Оружие вы будете давать или нам свое принести?» Войдя в роль бандитов, чеченцы так распалялись, что продолжали стрелять холостыми и грабить «пассажиров», не обращая внимания на команду «Стоп, снято». А услышав про «5-10 рублей за съемочный день», сами принесли каждый по червонцу, вложив их в паспорта. Это анекдот чуть не стоил Михалкову свободы: на режиссера хотели завести уголовное дело о взятках.

Кайдановский держался особняком, отказался жить в гостинице со всеми артистами и ночевать уходил к однополчанам несмотря на то, что среди артистов был его друг, Юрий Богатырев (он тоже учился в «Щуке», но был помладше). Кайдановский был для него большим авторитетом, и сцена, где нужно бить друга, привела Богатырева, по природе мягкого человека, просто в ужас. Он наотрез отказался вдарить другу по ногам («это тебе за сволочь») и по ушам («это тебе за хама»). Кайдановскому пришлось требовать, а режиссеру просто наорать, чтобы Шилов-Богатырев наконец врезал ротмистру Лемке.

Образ Лемке получился настолько ярким, сильным, неоднозначным, сложно поверить, что экранного времени у Кайдановского совсем немного — минут пятнадцать от силы! Места в фильме, по ощущениям, он занимает гораздо больше.

Забавно, 20 лет спустя Кайдановский, уже именитый актер, окажется в жюри Каннского фестиваля вместе с Клинтом Иствудом, а среди номинантов будет новая картина Михалкова «Утомленные солнцем». История умалчивает, за кого голосовал Кайдановский. «Золотую пальмовую ветвь» в 1994 году в итоге получил Тарантино со «Криминальным чтивом».

А в начале 1970-х, после истерна Михалкова, удачный типаж закрепился за актером надолго. Кайдановский опять и опять играл поручика, золотоискателя, бывшего графа, бывшего офицера, аристократа, сноба. «Его самого веселило, что он из Ростова, отнюдь не белой кости, а вот такое амплуа к нему прилепилось, эдакого иностранца и дворянина», — рассказывал Адабашьян.

В качестве исключения — участие в легкомысленной оперетте «Под крышами Монмартра» по просьбе жены Евгении Симоновой (она играла там главную роль), биография Александра Островского (тут главную роль сыграл он), и такой необычный герой, как циничный сердцеед, в ставшей весьма популярной мелодраме «Кто поедет в Трускавец». Снялся Кайдановский и в советско-польской фантастике «Дознание пилота Пиркса», где сыграл человекоподобного андроида.

Самый звездный, но и самый тяжелый момент в его карьере наступил в конце 1970-х, когда за экранизацию повести братьев Стругацких «Пикник на обочине» взялся Андрей Тарковский. Тарковский к тому моменту — официально гений. Он снял «Иваново детство», «Андрея Рублева», «Солярис», «Зеркало». Фильмы отмечены призами в Каннах и Венеции. Стругацкие тоже не мальчики, но послушно раз за разом переделывают для гения сценарий, который тот просит «ускучнить». Вся фантастика оттуда в итоге вычищена.

Шли съемки мучительно. Администратор картины рассказывала про постановку кадра: «Это дерево мы один день снимали пять часов, а на следующий день — еще восемь! Вначале мы обдирали листья. Потом их приклеивали. Потом делали паутину. Потом поливали дерево водой. Потом его красили. Потом припыливали. Потом Андрей долго кусал усы и наконец заявил, что кадр готов для съемок».

Тарковский срывался на всех в группе, навсегда рассорился со своим оператором, мэтром Георгием Рербергом, обвинил его в браке пленки. Потом стал почти готовую картину переснимать с нуля, истратив тысячи метров «Кодака». Сменил трех операторов и художников. Довел Стругацких до отчаяния: они писали уже 9-й вариант сценария. «Если всех несправедливо обиженных тобой собрать вместе, они не поместятся даже в просторной комнате», — сказал ему на это Кайдановский.


Он признавался, что у него было два Сталкера: в первом, забракованном, варианте это крутой парень, собственно близкий к герою «Пикника на обочине», во втором — юродивый, и вот этот образ уже стал близок режиссеру.

Тарковскому его шедевр стоил инфаркта. Кайдановскому — глобального ощущения кульминации и одновременно финиша карьеры: «Я никем не могу быть после «Сталкера». Это все равно что, сыграв роль Христа, взяться за роль главного бухгалтера».

Возможно, поэтому он решает стать режиссером. В 1982-м открывается долгожданная многими «Мастерская Тарковского», но учеником мастер берет только одного человека — своего Сталкера. Увы, в том же году Тарковский улетает в Рим, больше он на родину не вернется. Кайдановский переходит в мастерскую Сергея Соловьева, и там последовательно экранизирует все, что не успел снять Тарковский: Камю, Борхеса, Льва Толстого. Для одного из фильмов он привлекает и изгнанного оператора — Рерберга.

Как актер он снимается неохотно, но все же с чувством играет обаятельного мерзавца в детективе Станислава Говорухина «Десять негритят». Там он подружился с Михаилом Глузским, который, конечно, тоже остался под впечатлением: «Он совершенно был не похож на окружающих. Человек с другой планеты. Страшной притягательностью обладал. Вы вглядитесь в его глаза! Он Личность, его ни с кем не спутаешь. У меня до сих пор в шкафу стоит его фотография, из актеров больше не стоит никто».

В 1988-м Кайдановский с оператором Алексеем Родионовым («Иди и смотри») снимает фильм по своему сценарию — «Жена керосинщика», там, кстати, впервые появился Евгений Миронов в роли любовника жены керосинщика. Картина в стиле мистического реализма получила в 1990-м Гран-при на престижном Международном кинофестивале в Авориазе (Франция) — но как «самый странный фильм».
Приз за «самый странный фильм» на фестивале кинофантастики и ужасов — дорогого стоит.


«Интересовали его вещи сложнейшие. Он, к примеру, обожал психоанализ и вообще все, что связано с психической жизнью человека. Особенно увлекали его психические аномалии, сумасшествия», — вспоминал Сергей Соловьев.

Кайдановский стал одним из первых в Союзе режиссеров видеоклипов. В 1989-м он сделал видео для модной немецкой синти-поп группы Alphaville — «For a Million»: эротическую историю об искушении молодого монаха. Вокалист Мариан Голд был счастлив, что вовлек в проект великого русского: «Мы восхищались им с тех пор, как увидели в грандиозном фильме Тарковского. Возможно, это лучшее наше видео, одно из самых красивых и лирических. Он гений».

Еще один клип появится спустя шесть лет, в 1995-м. Это стильное, немного сюрное черно-белое видео «Гарсон номер два» для Бориса Гребенщикова, который «полностью доверился Саше Кайдановскому». Денег дал один из британских магазинов одежды, он появляется в видео на пару секунд. БГ съемку хорошо помнит: «Мы снимали в Лондоне — единственном пригодном для человеческой жизни городе. Потом были съемки в Москве, где я стою во фраке перед пустым залом «Горбушки» (ДК имени Горбунова). Меня мочат водой, имитируя пот. Я терплю и, мокрый, кланяюсь в камеру. Опять мочат, опять кланяюсь. Ужас». Кстати, второй человек в клипе (если верить интернет-источникам) — это жонглер из Новочеркасска, найденный Кайдановским.

В Лондон Кайдановский сбежал прямо из больницы, где лежал после второго инфаркта. Смерть от сердечного приступа беспокоила его, особенно в 49 лет, а столько ему и исполнилось (в этом возрасте от инфаркта умерли и его мать, и его отец), но работа была важнее. Во время приступа он даже упал с лестницы, покатился кубарем. Но обошлось. И он продолжал не обращать внимания. Не умел экономить себя.
kinopoisk.ru
За пару недель до смерти (3 декабря 1995 года) Кайдановский записал в дневнике «Женился. Совершенно счастлив». Женой стала молодая актриса Инна Пиварс, которая пробовалась в его новой картине «Восхождение к Экхарту» и называла его на «вы».

                                                                       —

Партнер проекта «Гражданин Ростова-на-Дону» — банк «Центр-инвест». Один из лидеров отрасли на Юге России, «Центр-инвест» с 1992 года развивает экономику региона, поддерживает малый бизнес и реализует социально-образовательные программы. В 2014 году при поддержке банка создан первый в России Центр финансовой грамотности. Сейчас их пять: в Ростове-на-Дону, Краснодаре, Таганроге, Волгодонске и Волгограде. Уже более 600 тысяч человек получили бесплатные финансовые консультации. В их числе школьники, студенты, предприниматели, пенсионеры.
«Центр-инвест» известен также как учредитель и организатор ежегодного Всероссийского конкурса среди журналистов на соискание премии им. В. В. Смирнова «Поколение S».

Если вы хотите не пропустить новые выпуски проекта «Гражданин Ростова-на-Дону», подпишитесь на нас в Яндекс.Дзене, фейсбуке, «ВКонтакте», инстаграме.