Серебренников: «Найдете меня по лужице: это я наплакал от восторга»
Люди

Серебренников: «Найдете меня по лужице: это я наплакал от восторга»

Истории ростовчан об известном режиссере.

автор Марина Гаричян/заглавное фото Виктор Погонцев

7 Августа 2018

В последнее время наш земляк Кирилл Серебренников с завидной регулярностью становится ньюсмейкером. Иногда это новости печальные — как уголовное дело о хищении госмиллионов, иногда хорошие — как успех фильма «Лето» на Каннском фестивале. На днях режиссер стал командором французского ордена Искусств и литературы. 
А мы подумали: как мало мы знаем о ростовском этапе его жизни. И попросили ростовчан рассказать свои истории о Кирилле Серебренникове.

Галина Пилипенко
тележурналист


Иногда мы вместе путешествовали: я, Кирилл и Людмила Андрейченко (сотрудница «Дон-ТР», где работали все трое). Однажды, в 90-х, отправились в Барселону. Мы с Люсей такие сони-сони, а он просыпается рано-рано — чтобы с самого утра нахапать впечатлений. Звонит и говорит: «Слушайте! Идите, пожалуйста, по направлению к парку Гуэль. Найдете меня по лужице: это я наплакал от восторга перед творениями Гауди».
www.rostovnews.net
Тем же занимался и по ночам. Например, подбивал нас поехать из Барселоны в Мадрид: «Ну что, смотаемся, а ночью вернемся». Мы: «Какой смысл?». — «Зато мы увидим Босха!». Мы, конечно, никуда не поехали. А он помчался на электричке. Возвращается и рассказывает: «Сижу я (в музее Прадо) весь такой в эйфории. Еле успел. И уже никого нет. Только я и Босх. Чувствую, как у меня от восторга тепло разливается в области груди и живота. Понимаю, что это самый счастливый день моей жизни… А еще понимаю, что сел на йогурт, который был в заднем кармане». «Банановый», — зачем-то уточнил Кирилл. И продолжил: «Потом побежал в туалет замывать свой восторг. Все смотрительницы очень странно на меня реагировали».
Еще долго у нас в компании жила присказка «йогурт… банановый».


Артем Шкрабак
актер театра им. Горького


Он работал в Ростове в частном театре «Ангажемент». Это 1991-й или 1992 год. Тогда я о нем и услышал. А в 95-м году Кирилл ставил свой первый спектакль на профессиональной сцене — в театре Горького. «Маленькие трагедии» по Пушкину. Я там играл Моцарта.
После «Маленьких трагедий» он уехал в Москву.
Виктор Погонцев
Мы с ним встречались буквально накануне этого трагического события (обвинение Серебренникова в хищении в особо крупном размере). Я пришел в «Гоголь-центр», там все к нему: «Кирилл Семенович! Кирилл Семенович!». Говорю: «Кир, я и не знал, что ты Семенович». Он: «Да я и сам долго не знал». Посмеялись оба.

Я общался и с актерами «Гоголь-центра», в котором он работал. И будет работать, надеюсь. Актеры его обожают. Я был в Москве возле Басманного суда, когда в поддержку Серебренникова собралась вся творческая интеллигенция столицы. Несколько тысяч человек, весь переулок был забит людьми.

С ним было очень интересно работать. Открытый, простой, безумно талантливый человек. Вывести его из себя практически невозможно. Он таким и остался.
Звездная болезнь? Ему это не присуще никаким образом. Человек душевный и добрый.


Глеб Садов
фотограф


Я снимался у него в сериале «Ростов-папа» (2000 год), как и многие ростовчане. Когда только начались съемки, фотографировал актеров Кортнева и Дапкунайте на Нахичеванском рынке — очень колоритно получилось. И ко мне Кирилл подходит и говорит: «Есть небольшой эпизод, хотите сняться?».

Эпизод снимали в ТЮЗе на малой сцене. Я в кадре буквально несколько секунд, но актер из меня оказался никудышный: съемки длились несколько часов. У меня была очень короткая фраза, но я почему-то никак не мог ее запомнить. У Кирилла хватало сил все это терпеть.
Глеб Садов
До съемок я, конечно, знал о нем — у нас друзья общие: Сашка Павлов, покойный, с ним дружил. Я когда шел фотографировать на базар, относился к Кириллу абсолютно нейтрально — как к обычному ростовчанину, полузнакомому. Я не видел в нем Мастера.
Потом мое мнение резко переменилось. В общежитии водников снимали эпизод с Дапкунайте и Кортневым. Я увидел, как Кирилл разговаривает с артистами. Абсолютно спокойно, подробно, дотошно объяснял, что он от них хочет. Это был монолог на 10 минут.
И они сделали все в точности, как Кирилл просил. Понятно, что это большие артисты. Но я с той поры взял этот метод на вооружение: своим моделям точно так же объясняю, что мне надо — подробно и вдумчиво.

Вообще, съемки — это было очень здорово для тогдашнего Ростова. Приехали такие звезды, в таком количестве! Вообще все всколыхнулось. Одно из первых культуротрясений нашего относительно провинциального города. А ведь это была одна из его первых работ в кино — и такие люди под это все подвязались.



Сергей Дюжиков
профессор института социологии и регионоведения ЮФУ


У нас небольшая разница в возрасте. Но когда я еще учился в РГУ, Кирилл уже был известным человеком, ставил спектакли.
Тогда мы практически не были знакомы. А в конце 2014 года я стал президентом ассоциации выпускников ЮФУ, захотелось привлечь и Кирилла.
Через общих знакомых нашел телефон, написал ему сообщение. Он очень быстро откликнулся, сказал, что можно созвониться и все обсудить, а когда он будет в Ростове — встретиться. Мне показался очень открытым, доступным человеком.

Обсуждая работу ассоциации, мы с Кириллом придумали проект, который при его поддержке существовал 2 года, — кинофестиваль «ЮФУ, я люблю тебя!»: студенты, сотрудники, выпускники снимали короткие видеоролики об университетской жизни. Серебренников был председателем жюри и активно помогал этому проекту.

Мне показалось, что он человек абсолютно немеркантильный, не думающий о том, на чем он ездит, во что одевается, в каких бытовых условиях пребывает.

К несчастью, у него недавно умерла мама. Папа, известный в прошлом врач-уролог, живет в Ростове, но тоже тяжело болеет. Мне кажется, Кирилл — прекрасный сын. Всегда переживал о родителях, приезжал к ним на Новый год, дни рождения. Это была очень трогательная забота.


Вадим Морозов
художник


Я его давно знаю, года с 1991-го. У нас была своя тусовка: Сережа Номерков (известный дизайнер), Коля Симонов, он работал тогда главным художником ТЮЗа. И Кирилл там тоже. У меня с ним дружеские отношения, приятельские.

Я делал с ним спектакль «Маленькие трагедии». Конечно, он немного закрытый человек: это свойство представителей творческих профессий. Потому что надо все самому пережить, а потом уже проецировать это на зрителей.

А в самый первый раз увидел его на выставке, которую мы делали в ТЮЗе, — «Минифест» 1991 года. Кирилл тогда работал на телевидении. И я обратил внимание, что он достаточно выразительный, яркий: рост, внешность, одежда и все такое. Они там бегали с камерой и снимали, совсем пацаны были. Потом он уже приходил на наши посиделки с Симоновым и Номерковым. (Вообще у нас перебывал весь творческий Ростов: город маленький, все друг друга знают.)

Для Кирилла самое главное — творчество. Политические и финансовые вопросы ему не интересны. Ему важно реализовать свои идеи. В этом смысле он целомудренный и безукоризненный.
Безусловно, у него есть какие-то отношения с властью. Они неизбежны, но это судьба любого заметного художника.


Андрей Бережной 
главный редактор журнала «Нация»


Я делал с Серебренниковым несколько интервью. В первый раз, году в 98-м, пригласил его в редакцию «АиФ на Дону» в выходной день. На то же утро мой главред позвала в гости командующего СКВО. Для него загодя нарезали бутербродов с красной икрой, рыбой и так далее. Но в последнюю минуту генерал отменил визит. Тарелки с бутерами отдали на мое интервью.
Кирилл оказался крайне пунктуальным.
— Ой, как хорошо у вас режиссеров встречают! — отреагировал на чай с бутербродами.
— Не режиссеров – генерала. Но он не пришел.
— Ой, как хорошо, что не пришел!

Он говорил сразу «начисто». Редактировать его интервью — значило только портить. (Позже у меня будут такие собеседники, например, поэт Губерман или штангист Алексеев, но Кирилл такой отточенностью фраз и остроумием удивил меня первым.)

Я, конечно, не помню всей беседы, 20 лет прошло, но помню его слова о кино:
— Ну, какая доблесть в том, чтобы снять «кино не для всех», для пяти человек? У каждого режиссера найдется пять поклонников: друг, подружка, мама уж точно. Мамы любят нас всякими. Поверьте мне, никто из режиссеров не мечтает снимать арт-хаус — все хотят быть, как Спилберг: делать хорошее кино для миллионов.

Судя по отзывам и критиков, и простых зрителей (сам я пока не смотрел), Кирилл приблизился к такому кино в своем «Лете».