Почему мы не можем снять свою «Игру престолов»
Люди

Почему мы не можем снять свою «Игру престолов»

Писатель Андрей Рубанов провожает Год литературы.
Киносценарист Андрей Рубанов встречает Год кино.

26 Января 2016


Прошел Год литературы, как не было его.

Я ничего от него не ждал. Государство в России помогает только тем писателям, которые работают на государство. А писатели предпочитают работать на себя.

Подавляющее большинство русских писателей (и нерусских тоже) прожили жизнь в бедности и умерли так же.

Сгинули в лагерях, как Мандельштам, умерли в сумасшедших домах, как Шаламов, повесились, как Цветаева, были расстреляны, как Бабель, или сами застрелились, как Фадеев. Множество других скончались от водки и наркотиков.

Никакого добра мне от российского государства не надо. Государство наше — социальное, пусть оно содержит полицейских, врачей, учителей, стариков и сирот. А писатели обойдутся как-нибудь. Не маленькие.

Некоторые, как я, ищут и находят смежные заработки, например, в кино.

Вот, по совпадению нынешний год объявлен Годом кино.

В отличие от литературы кино — дело затратное, денежное, и в России все кино снимается при государственной поддержке.

Каждый раз, наблюдая вступительные титры, зритель видит строку: «при поддержке Фонда кино». Или: «при поддержке министерства культуры». Вот это как раз и есть организации, помогающие нашим кинодеятелям творить шедевры.

Сразу скажу, бизнес этот очень выгодный. Тысячи процентов можно иметь.

Реальная стоимость производства полнометражной картины, если это не блокбастер, составляет 3-10 миллионов рублей.

Я хорошо знаю цены и условия производства. Моя жена, кинорежиссер Аглая Курносенко, в прошлом году сняла за свои деньги короткометражный фильм длиной 15 минут. Картина обошлась меньше чем в миллион рублей.

Я знаю, сколько стоит труд сценариста, осветителя, режиссера, монтажера, звукооператора, цветокорректора. Я знаю, сколько стоит костюм одесского бандита или доспех древнерусского воина. Я знаю, сколько стоит привлечь для съемок дрессировщика с собакой или конного каскадера.

Сейчас у меня за спиной два написанных сериала, для Первого и Второго каналов телевидения, а также длительная и безумно интересная работа над картиной «Викинг», посвященной князю Владимиру, крестителю Руси. «Викинг» выйдет 22 декабря сего года. Бюджет его — почти полтора миллиарда. Сериалы, я надеюсь, появятся тоже в текущем году.

Я много раз бывал на съемочных площадках и даже участвовал в пробах. Должен был играть одесского вора в законе. Но моя роль досталась Сергею Гармашу.

Следует повторить то, что все заинтересованные лица и так знают. В российском кино прибыль извлекается не от проката, а в момент получения государственной поддержки. Получил 50 миллионов — снял фильм за десять. Остальное — твоя прибыль. При чем тут прокат?


С оглушительным треском провалилась картина маститого режиссера Учителя «Восьмерка», снятая по повести моего товарища Захара Прилепина. Провалилась картина «Страна хороших деточек», снятая по повести моей подруги Анны Старобинец. С позором провалился фильм «Шпион» известного режиссера Бортко. Провалился фильм Говорухина «Конец прекрасной эпохи».

Бюджеты этих картин — от 2 до 5 миллионов долларов, в прокате собраны жалкие гроши. Но режиссеры и продюсеры этих работ не унывают и уже вовсю снимают новые произведения, опять же при поддержке щедрого государства.

Увы, денег у государства мало и становится еще меньше. Очередь за государственной поддержкой — длинней и длинней. Новичкам в ней нет места, стоят сплошь маститые и известные. Поэтому в российском кино сейчас отсутствуют режиссеры-дебютанты. Для них нет работы, деньги нужны всем, сначала получают Михалков, Бондарчук, Кончаловский, за ними еще целый отряд известнейших и выдающихся; схема налажена.

Можно догадаться, что маститые и выдающиеся будут снимать свои картины до глубочайшей старости, и только физическая смерть удалит их из очереди за деньгами; но место выбывших тут же займут их дети и внуки.

В производстве сериалов ситуация примерно та же. Сериалы снимаются на деньги телевизионных каналов. Если это канал федеральный — мы возвращаемся к разговору о государственных деньгах. Если частный, как СТС или ТНТ — мы вынуждены делать недорогие развлекательные шоу. Юмор, гэги, «Реальные пацаны».

Поэтому сериалы уровня «Игры престолов» или «Больницы Никербокер» у нас никто не делает. Это дорого,трудно, сложно и это никто не будет смотреть. Зритель другой. Если он молод — он включает ТНТ, чтоб «поржать», если стар — включает Первый канал и дремлет под бесконечный «Тихий Дон». Стоимость одного эпизода качественного российского сериала для Первого канала колеблется в районе 300 тысяч долларов. Стоимость одного эпизода сериала «Оккупированные», сделанного в маленькой Норвегии, один миллион евро.

Сжатие денежной массы из-за кризиса ударило по кино. В прошлом году каналы практически свернули все новые проекты. В текущем году зритель будет смотреть старье.

Не ждите новых любопытных теле и кинопремьер; киноиндустрия не произвела нужного количества товара. В Год кино страна будет смотреть Штирлица, мушкетеров и «Ликвидацию».

Но есть способ все изменить. И деньги для этого не нужны. И пафосные мероприятия тоже.

Наше кино никуда не делось, оно существует. У нас есть люди, традиции, рынок, школа, производственная база. Кино — это высокотехнологичная и престижная отрасль производства, сделать кино не менее сложно, чем, например, автомобиль. И у нас есть те, кто умеет это делать. Надо только взять и освободить производящие компании от налогов.

Не продюсерские конторы, не кинопрокат — только производство.

Только тех, кто делает продукт.

Не тех, кто финансирует, не тех, кто продает и перепродает, а тех, кто снимает, рисует, раскадровывает, монтирует, пишет звук и делает компьютерную графику. Сами студии, продакшены. Хотите поднять производство, внутренний рынок — вот вам готовая отрасль, в ней заняты десятки тысяч умных, образованных специалистов. Освободите их от налога на прибыль, от налога на имущество, от НДС. И деньги — частные, не казенные — сами пойдут в кино.

Такая вот у меня утопическая мечта.

А литературой я продолжаю заниматься, пишу новый роман, без каких-либо обязательств, ради искусства и собственного удовольствия, чего и вам желаю.