Новые герои Ростова. Часть II
Люди

Новые герои Ростова. Часть II

Cовместный проект «Нации» и «МегаФона».

автор Ольга Майдельман/фото архивы героев.

14 Ноября 2019

Мы продолжаем большой совместный проект с МегаФоном — оператором, который удивляет скоростью своего интернета и вдохновляет возможностью мгновенно делиться с миром тем, что происходит в Ростове. В рамках проекта мы рассказываем о молодых ростовчанах, которые меняют облик города, задают тренды и ведут людей за собой (первую часть читайте здесь). Надеемся, что их истории вдохновят кого-то из наших читателей.


Вадим Слуф
граффитчик, иллюстратор, 32 года


Наскальные изображения, рисунки на камнях в Древнем Риме — это и есть первые граффити. То, что у нас раньше царапали на стенах домов.
В 1970-х в Нью-Йорке это преобразовалось в субкультуру, стало реализацией протестного молодежного альтер-эго. Такое смелое открытое высказывание, хотя художник может быть в капюшоне и маске енота.

У меня начиналось, как у всех: конец 90-х, хип-хоп, «энгри балонc» (баллончики со злым лицом), широкие штаны, латинские шрифты. Ребята постарше этим занимались, а мы повторяли. Многие потом разбежались. Я до сих пор занимаюсь. Это уже часть жизни, хочешь ты этого или нет. И граффитчики — это огромное мировое сообщество. Можно в любой город мира приехать и везде найти и стол, и дом.

Молодым граффитчикам важно выделиться, сделать так, чтобы с вертолета читалось. Мне сейчас интереснее интегрировать граффити в городскую среду: будто эта надпись была всегда. Кстати, работники ЖКХ, закрашивая новым цветом стихийные надписи, неосознанно создают крутые графические композиции. Есть художники, которые играют с этим: наносят как бы беспорядочные, но продуманные надписи, и наутро, после «доработки» коммунальщиков, получают готовую работу.

Самое сложное — найти площадку. В Ростове одно из старейших мест — знаменитая «галерея» на Нансена, длинный забор из бетонных плит вдоль железной дороги. Был еще недостроенный завод «Квант» на Западном. В 2010-х появился проходной дворик за кинотеатром «Ростов», где люди рисовали каждый день — один поверх другого.
Крутая площадка для граффитчиков — опоры мостов на Нагибина и Нансена: там большой трафик, а художнику нужна публика.
При желании можно нарисовать где угодно. Уголовной статьи за граффити нет. Но у граффитчиков свой кодекс: нельзя рисовать на надгробиях, памятниках, мраморе.

Власти стали лояльней, но, как правило, их инициативы — это «езжайте, ребята, на автобусе до конечной, там еще 20 минут пешком, найдете ничейный забор, на нем и рисуйте, мы не против». Но сейчас появилось много легальных фестивалей. Крутой был проект перед чемпионатом мира — «Мегафон ФК»: мобильный оператор реконструировал в 11 городах России футбольные коробки. Это был мой первый опыт рисования на горизонтальной поверхности, да еще 800 кв. м! И задача сложная — угодить экспертам, жителям города и себе самому.

Нас разделили на 11 команд, была жеребьевка. Мне досталась Самара, а в Ростове рисовал мой приятель из Питера Алексей Occultra (площадка на просп. Нагибина, 38).
Я решил выразить уважение Пикассо. Помню, как был потрясен, когда увидел живьем «Девочку на шаре». Теперь у меня традиция: в Москве я всякий раз обязательно иду в Пушкинский музей, сажусь на скамейку и смотрю на нее. В общем, я завязал свою работу на этой картине. Получилось хорошо, мне кажется.

Эти 800 метров я рисовал по сетке, как монументальную роспись в союзные времена. Сейчас на помощь пришли технологии: есть проекторы, есть дополненная реальность, лет шесть назад я и подумать об этом не мог! Скачиваешь приложение и, глядя в телефон, видишь свой эскиз на стене.

В Самаре граффити не любят. Одного активного парня, говорят, даже выжили из города: вычислили, уволили со всех работ. Это классическое желание большинства: чтобы порядок был. Обычно люди, проходящие мимо, говорят: «А красивее не можете?», «У меня внук лучше рисует», «Почему здесь? Иди вон на гараже рисуй». Лет 10 назад это было поголовно. Теперь обыватели стали терпимее.

Сейчас в Ростове все больше людей хочет самовыражаться. Возможно, в этом есть и наша заслуга.
Даже классические художники выходят за рамки холста: рисуют на улицах. Я видел неплохой оммаж импрессионисту Писарро в центре Ростова. В будущем таких мест, надеюсь, станет больше. В Европе есть целые кварталы с граффити, это привлекает туристов. Еще нужны такие уличные комплексы, как галерея в крытой остановке на Ворошиловском. Это интересный формат: не нужно идти в музей, брать билеты; идешь мимо — и видишь искусство. Разное, странное, но искусство.
В новых жилых микрорайонах можно сразу строить стенки для граффити. Есть же понимание, что рядом с домом нужна детская площадка, здорово, если придет понимание, что нужен еще и арт-объект.

@sloofcrueyeah


Юлия Кореневская
организатор городского пробега «Ростовское кольцо», 38 лет


— Я когда первый раз побежала, сдалась через десять минут: нет, думаю, бег — не мое. Но тут главное правильно начать: подготовить сердце к нагрузке, раскачаться. Если человек лежал на диване и последний кросс у него был в школе на физ-ре, не стоит бежать изо всех сил и стараться не отставать. Можно просто начать с ходьбы. Почитать вводную: ну там, 10 золотых правил, как начать бегать и не возненавидеть это. Бег — это для себя. Не думайте, кто на вас как смотрит. Тем более, что никто и не смотрит.

Начала я 3 года назад, записалась в школу бега. Примкнула к движению «Беги, Ростов, беги», это пробежки по субботам для всех, инициатива Наташи Пироговой и Игоря Рыбальченко из Easy Running: они одними первыми стали популяризировать бег в Ростове. Хотя у нас есть клубы любителей бега еще советских времен, и многие из них в свои 60-75 лет участвуют и в нашем пробеге, и в марафонах — Донском, Офицерском и прочих.

В Ростове есть места для бега: Пушкинская, набережная, Гребной канал, парк Авиаторов, Ботаника, водохранилище на Северном. Я живу на Западном и бегаю по проспекту Стачки. Главное — длина дистанции. Вот в Левобережном парке круг всего 1 км, и ты как белка в колесе.

Для кого-то бег — медитация. Для меня, прежде всего, общение, живой контакт, который помогает не сдаваться. Бегуны — это сообщество. Здесь я встретила друзей, с которыми провожу «Ростовское кольцо». История его тянется с 1970-х, тогда это был забег ростовских альпинистов: они бежали с рюкзаками, из Ростова в Таганрог(!). Сейчас пробег проходит по городу, и для страны он уникален: только у нас цельная дистанция поделена на участки — 5-12 км, и каждый может выбрать расстояние себе по силам. Присоединиться к нам легко — купить беговые кроссовки и начать потихоньку.

Проект «Побегай 1 января» — это практика Москвы и челлендж другим городам: кто больше? В 2015-м в Ростове вышло только 30 человек, а в 2019-м — 2 тысячи, самый массовый первоянварский забег в России после Москвы. Были трезвые и не очень, с детьми, в карнавальных костюмах. Стартуем мы у парка Горького, бежим по Пушкинской, на Публичке финиш. Там чаек, печеньки, фото. Все позитивные, улыбаются! Классный повод начать год с хорошей привычки.

Самое трудное — найти партнеров-спонсоров. И нужно-то всего — вода, фрукты для точек отдыха. Рассказываем им о «Побегай 1 января» — «вы в своем уме? Кому это нужно? Нет, мы не участвуем». А с нами, между прочим, всегда бежит областной министр спорта со всей семьей. И количество участников «Ростовского кольца» растет: в этом году нас было уже 3 800. В 2017 году мы сделали новый формат — «беговая экскурсия»: «Дон-ТР» делал прямой эфир с историками — бежишь по Ульяновской и слушаешь в наушниках о старобрядческом храме. Отсюда и девиз «Влюбись в свой город»: мы не только бегаем, а еще узнаем новое о знакомом вроде бы Ростове.

Бег меняет жизнь, конечно! Люди с весом 100-110 кг приходят, чтобы похудеть — и через пару лет их трудно узнать: стройные, бодрые. Преображается все: здоровье, самооценка, степень терпения, даже личная жизнь. Одна девушка, участница «Кольца», рассказывала: «Я раньше ходила в фитнес-клуб, там был классный парень. Такой классный, что я была уверена, у него есть жена. Хотя мы и засматривались друг на друга. А потом встретились на марафоне — слово за слово, стали встречаться. Скоро у нас свадьба». Таких историй немало.

Бегунам Ростова очень не хватает культуры поддержки. Я бежала один из шести марафонов-мейджоров, в Берлине, и была поражена: по всей дистанции стоят группы поддержки — музыканты бьют в барабаны, дети танцуют, бабушки стучат трещотками. Весь город живет событием! Все-таки 43 000 человек бежит. Это так колоссально вдохновляет! У нас культура иная: «Опять эти бегуны перекрыли весь город!»

В будущем я вижу в Ростове больше инфраструктуры для проведения времени на улице: бесплатные площадки для роллеров и скейтеров, дорожки для самокатов и велосипедов. Нормальные пандусы, низкие бордюры, ровные, без ямок, пешеходные дорожки, освещение. Хочется, чтобы Ростов стал удобным. Когда появится та самая доступная городская среда, люди чаще будут выходить наружу.

rostov-koltso.ru


Рубен Погожаев
основатель студии видеографии «КУСТ», 29 лет


— Студентом я продавал шифер, был менеджером по продажам. Я эту работу и любил, и ненавидел: она давала мне деньги, но мне не нравилось звонить Иван Иванычу и заказывать вагоны асбестоцементных плит. Единственная радость — каждое утро я поднимал трубку и говорил: «Рубен, «Славяне», здравствуйте!» — компания называлась «Славяне». Но в офисе никто не понимал, почему меня это веселит.

Перед поездкой в Питер я взял у друга фотоаппарат, маленький старый Canon; это был 2007 год, телефоны тогда умели только звонить. Те первые снимки белочек и цветочков — это было волшебно. Спустя 2 месяца у меня был мой первый фотоаппаратик, а потом случился следующий переломный момент: я узнал, что фотоаппаратом можно снимать видео. По иронии судьбы именно на моем такой функции не было, и через три дня я уже ехал в Москву за новым. Я нашел то, что меня зажгло. Осталось придумать, как это монетизировать.

Летоисчисление студии я веду с первой коммерческой съемки, 2009 год. Это была очень маленькая свадьба, на 50 человек, по нынешним нашим меркам — маленькая, а тогда это была орава людей! Плюс дико желтый зал Лендворца и полный хаос событий. У меня было мало нужной аппаратуры, никакого опыта и очень много стресса: я, как курица с отрубленной головой, бегал по двору и не понимал, что происходит. Никогда не забуду этот проект.

Чтобы достичь мастерства, нужно просто делать. Фигачить и не лениться. Любить то, что делаешь, и любить тех, для кого делаешь. Я свое дело прямо обожаю. Я прошел кризис, когда мне это надоело, но я понял, почему. Сначала я любил это за деньги. Этого недостаточно. Люди приходят ко мне, чтобы снять не просто мероприятие, а одно из важнейших событий в жизни: свадьбу, выписку из роддома. И нужно отдать этому свое время и свою любовь. Без любви и шифер не продашь!

То, чем мы занимаемся, можно уложить в одно предложение: мы делаем фильмы, которые хочется пересматривать. Я недавно спросил у родителей: «А где ваша свадьба?» У них лежит кассета VHS, но это эпопея на 2 часа — конечно, они ее не пересматривают. Вот и нет семейной реликвии. Все кануло в лету.

За 10 лет многое изменилось — сегодня картинка должна быть insta-ready. Но не просто — невеста стоит и у нее фата развевается. Главное — голоса, характеры, эмоции. Вот смотрите: два официанта разговаривают. Представьте, что они нас не слышат, а мы их — да. Это интересно, это сюжет. Таких сюжетов должно быть много. И это ценнее красиво летящей фаты. Но и фата должна быть, как без нее?

Иногда у нас получается абсурдистская комедия, прямо полно комичных моментов. Иногда — слезливая мелодрама. Свадьбы — это большой комок эмоций, и он у всех разный. А мы как глутамат натрия — мы эти эмоции фиксируем и усиливаем.

Поколение Инсты готово смотреть свадьбу максимум 30 минут. Иногда сильно меньше. Эпоха трехминутных клипов умирает, нужны одноминутные. Но протяженность фильма зависит прежде всего от ярких моментов. Там, где у нас сюжетная яма — это ровно тот момент, где уйдет внимание, человек уткнется в смартфон: потому что «очень долгий тост, ну, очень». И неважно, что дальше в моем фильме — инстаграм победил меня в этот момент.

Телереклама — это не мое кунг-фу, но я люблю снимать ролики для экспо-выставок или важных встреч. Производственники — очень классные ребята, очень скромные. Приходишь в компанию, где делают радиаторы, и узнаешь — у них такой оборот, что из Китая возить уже невыгодно! Три часа ходишь по этим невероятным ангарам, обалдеваешь, а тебе говорят: «Кстати, видите эти слиточки алюминия? Для них у нас отдельный завод». Шок! И я не знал о них ничего, пока не снял ролик.

Сложность в том, что рынок сегодня перенасыщен: раньше ты делал хороший продукт, и всё, а теперь о себе нужно трубить на каждом углу. Мы пришли не в голубой океан, где никого, кроме нас, нет. Надо выгодно отличаться от всех. Нас спасает опыт, узнаваемость и ответственность — я лично контролирую каждый ролик, отправленный клиенту. Но что было бы с нами, если б не конкуренты? Мы б зажрались.

Мои любимые места для красивой съемки — за городом. Город мы почти не снимаем. Сложный фон. Не знаю, почему в нашей стране сайдинг на фасаде — это не расстрельная статья. Это же преступление против всего города.

Думаю, мой продукт добавляет нужное звено в копилку семейных ценностей. Обожаю, когда через 3 года — хоп! — и прилетает сообщение в вотсапе: «Пересмотрели с друзьями фильм, клево!» Это самое ценное. Потому что, когда живешь в ритме 24/7, то забываешь, какие у тебя эмоции были тогда, почему ты вообще этого человека выбрал. Мы это возвращаем. Им и их детям.

Что изменится еще через 10 лет?.. Хороший вопрос, я пока не нашел ответа. Возможно, одноминутный клип станет 30-секундным, а 30 минут сожмутся до 10. А может, человек начнет снимать каждый свой день. Главное, чтобы люди перестали жить циклом «работа-дом», чтоб было время остановиться. Я это и себе говорю.

kust-film.com


Продолжение следует.