«Я подписал «отказ от жизни» и отправился в первобытное племя»
Места

«Я подписал «отказ от жизни» и отправился в первобытное племя»

Путешественник и режиссер Леонид Круглов — о шаманах крайнего Севера, воинственных племенах Океании и Долине динозавров.

автор Анастасия Шевцова/фото архив героя, заглавное фото — с аборигеном Маркизских островов во время кругосветки.

16 Июля 2020





У Леонида Круглова за плечами больше 40 экспедиций, 15 из них — в самые труднодоступные места земного шара. Он уже становился нашим героем. Но в рамках нашего масштабного проекта «Соль земли» мы попросили Круглова рассказать о его серии путешествий по следам великих русских первопроходцев — «Семеро смелых». За 8 лет на каноэ, ледоколе, верблюдах, собачьих упряжках и других нетривиальных транспортных средствах Круглов посетил Эфиопию, Тибет, Новую Гвинею, Индию, Дальний Восток, Крайний Север и даже обогнул на паруснике весь земной шар.

— Думаю, все началось в раннем детстве, когда я мальчишкой зачитывался о путешествиях и приключениях. Хотел испытать все на себе, и сделал это, как только представилась возможность. Пришли 1990-е, в стране все перевернулось с ног на голову. Кто-то развивал бизнес, а я все свои средства, силы и время тратил на организацию первых путешествий. Прошло уже больше 20 лет — а я до сих пор только этим и занимаюсь.

Турист от путешественника отличается тем, что приезжает на 1-2 недели и ничего не успевает за это время понять. Путешествие же — это всегда очень длительный процесс, в котором желательно не спешить. Возможность научиться чему-то у местных — это, по-моему, вообще один из самых главных плюсов путешествий.

Меня всегда волновали такие места, где еще никто, ну, или почти никто не был. Однажды приснилось, что я иду по тундре и нахожу под кочкой круглые камни со старинными русскими письменами: «Здесь прошли экспедиции по следам первопроходцев…» Из этого сна родилась идея проекта «Семеро смелых». Я нашел самые интересные, с моей точки зрения, дневники великих русских путешественников и отправился по их маршрутам. В первой экспедиции, по Эфиопии, я был один. Точнее, начинал с напарником, но он заболел, и ему пришлось вернуться. Потом мне начали поступать тысячи заявок на участие в проекте, и в каждую следующую экспедицию добавлялось по одному человеку. В кругосветке нас было уже семь человек.

Самая опасная экспедиция (по следам Булатовича в Эфиопию)


В 1899 году военный советник эфиопского императора Александр Булатович стал первым европейцем, который пересек из конца в конец Каффу (сейчас — провинция Эфиопии) и составил первое ее научное описание. Также стал вторым европейцем, который обнаружил устье реки Омо.

В Эфиопии я провел суммарно около двух лет. Сил и времени вести какие-то записи не было, поэтому я просто включал по утрам камеру, рассказывал о своих впечатлениях и снимал все вокруг — изможденный, исхудавший молодой человек в окружении голых людей с автоматами Калашникова. Этот видеодневник лег в основу фильма «Русская Африка» — одного из моих самых любимых.

Вообще та экспедиция до сих пор для меня самая важная и интересная. Больше всего запомнились две вещи. Во-первых, палочные бои — ежегодный турнир, в ходе которого выбирают лучшего воина. На турнир стекаются все окрестные племена. Палочный бой — это куча мала, в которой с огромной скоростью летают длинные палки, почти что копья — легко получить серьезное ранение. Я был шокирован, даже фотографии не смог толком сделать в такой обстановке: сбился компенсатор выдержки на камере, и все кадры оказались пересвечены.

К вечеру обстановка накаляется, люди разгорячены, взвинчены. Стрелкового оружия в этих местах очень много, рядом Уганда, Судан: неспокойный регион, идут локальные войны, — а психология остается первобытной. И если кто-то недоволен результатами палочных боев и считает победу соперника незаслуженной, начинается перестрелка. Приходилось отползать, а вокруг свистели пули и падали убитые люди.
Хорошие кадры я все-таки сделал через год. Меня уже все знали, я смог войти в центр круга и снимать прямо изнутри.

Второй момент, врезавшийся в память, — общение с вождем удаленного клана племени сурма. Мне нужно было получить разрешение на проход через его территорию. Мы сидели ночью посреди деревни на высушенных шкурах: вождь Бычий хвост, я и мой переводчик — местный парень, которого миссионеры обучили английскому. Чуть поодаль — вооруженные жители деревни, которые внимательно прислушивались к нашему разговору. В какой-то момент вождь сказал: «Ладно, можешь пройти, только придется заплатить». Я спросил, сколько — он показал пальцем вверх: «Столько, сколько звезд на небе». Ну, это фигура речи. Да и платить мне было нечем, даже если бы я и захотел. У меня был единственный вариант — договариваться. В конечном итоге переговоры закончились тем, что я начал лечить местных. Очень примитивно: кому активированный уголь от болей в животе дам, кому зеленкой рану намажу. Слухи обо мне разлетались, народ поправлялся — эффект плацебо в действии. Долго меня там держали, не хотели отпускать. Но, наконец, дали пройти. И таким образом я повторил путь Булатовича к реке Омо вплоть до ее устья на озере Туркана.

Экспедиция в Долину динозавров (по следам Пржевальского через Монголию в Тибет)


С 1870-го по 1883 год Николай Пржевальский совершил 4 путешествия в Центральную Азию, изучил территории Китая, Монголии и Тибета, исследовал горные хребты Северного Тибета, открыл миру новых животных и собрал огромную зоологическую коллекцию. Леонид Круглов повторил первый азиатский маршрут географа.

Экспедиция контрастов: по огромным степным пространствам мы прошли до тибетских гор, из мира кочевников попали в настоящее королевство под названием Мустанг — место на Тибете, где время застыло много столетий назад. Удивительным образом там сохранились средневековые традиции: король с королевой живут во дворце, им служат придворные. Нам посчастливилось попасть на настоящий королевский пир — с обсуждением государственных дел, пением застольных песен и распитием напитков из одной чаши.

На границе Монголии и Китая я увидел, пожалуй, самое странное и одновременно прекрасное место на Земле — Долину динозавров. Она знаменита на весь мир, там проходило множество исследовательских экспедиций. Представьте: застывшие волны красных скал, среди которых рассыпаны кости вымерших животных. Мы даже яйца динозавров там находили.

Мы привезли с собой паралёт и, думаю, первые в мире сняли это место с воздуха. Чуть не погибли несколько раз. Когда ты уже набрал высоту, можешь спокойно спланировать, даже если двигатель откажет — благодаря мягкому крылу. А вот взлет — очень опасный момент, тем более запас высоты там небольшой — 30-50 метров. Нам нужно было несколько раз прыгать в прямом смысле с обрыва. И вот с двигателем, совершенно новым, начали происходить странные вещи. Разбирали его до винтика и ничего не обнаруживали. К счастью, он отключался не в самом начале взлета — это было бы смертельно опасно. Но все равно глох в самые неподходящие моменты, нам приходилось садиться в песчаных дюнах, а потом вдвоем с трудом тащить паралёт. Тем не менее, нам удалось облететь весь этот огромный каньон и сделать серию совершенно уникальных снимков.
Уже в Москве мы нашли проблему — муха в герметичном карбюраторе. Как она туда попала, ума не приложу.

Самая первобытная экспедиция (по следам Миклухо-Маклая в Папуа-Новую Гвинею)

Николай Миклухо-Маклай открыл внешнему миру папуасов северо-восточного берега Новой Гвинеи, где трижды побывал в экспедициях в 1870-1880-х годах.

Впервые в Папуа-Новую Гвинею я попал в конце 90-х, тогда только-только устанавливался контакт с племенем аборигенов, живущих на деревьях. Они строят дома на высоте 30-40 метров, на ночь забирают наверх собак и поросят, поднимают шаткие лесенки и прячутся сами. Так повелось с древних времен, когда нужно было остерегаться враждебно настроенных соседей. Охота за головами там — реальная традиция, которая была жива еще в конце прошлого века: чтобы дать имя новорожденному ребенку, нужно было отнять его у врага, то есть убить.

Перед тем, как отправиться в джунгли, я подписал «отказ от жизни» в местной администрации. Сейчас ситуация изменилась, а тогда попасть на территорию неконтактных племен можно было только по спецразрешению. Там неоднократно погибали миссионеры, журналисты, туристы, индонезийские военные (часть острова принадлежит Индонезии). И ты, оправляясь в непроходимые джунгли, должен был принять все риски, вплоть до того, что тебя убьют.

У нас было огромное долбленое каноэ с моторчиком: взяли его в последнем более-менее цивилизованном населенном пункте. На нем мы поднимались вверх по большой реке. С каждым днем деревни становились все более дикими, а люди — все более угрюмыми. Но нам нужны были переводчики, знатоки местных диалектов, мы находили их по пути. И постепенно наша лодка превратилась в своеобразный Ноев ковчег, в котором сидело по одному представителю каждого племени.

Когда мы добрались до деревни людей, живущих на деревьях, к нам выскочили местные воины, и я физически ощутил опасность: они были на грани срыва, как сильно возбужденные дикие животные. В итоге мы смогли договориться, и нам даже разрешили подняться в один из домиков. Там я увидел двух перепуганных женщин и таких же затравленных детей. В шоке они забились под стропила, и мы предпочли уйти, потому что пугали этих людей — своей белой кожей, одеждой, очками.

Через несколько лет люди на деревьях немного осмелели. Во время экспедиции по следам Миклухо-Маклая я снял уникальные кадры. У нас было с собой небольшое зеркальце, так вот в фильме есть момент, когда первобытная женщина впервые видит свое отражение, и на ее лице отражается целая гамма чувств.
Еще один мужчина решился подойти к нашей палатке. Его поразила застежка-молния: вот два куска ткани, а вот уже это целое полотно. Он просидел так несколько часов — просто открывая и закрывая застежку. Они ведь как живут: самодельные луки со стрелами да каменные топоры. Это было захватывающе — оказаться участником контактов с последними первобытными племенами на планете.
Я потом разговаривал об этом с моим другом — православным священником. Он сказал, ссылаясь на Библию, что, когда все-все племена на планете станут цивилизованными, настанет какой-то очень важный переворот в жизни Земли. За последние 10 лет в мире почти не осталось неконтактных племен.

Экспедиция к лесному дьяволу (по следам Арсеньева на Дальний Восток)


1906-1907 годы Владимир Арсеньев провел в экспедициях по Уссурийскому краю, в ходе которых исследовал неизведанную прежде часть региона. Леонид Круглов повторил маршрут путешественника спустя ровно сто лет.

Книги Арсеньева я считаю одними из самых мощных книг о путешествиях. Там ведь еще и о мудрости, которую человек в них обретает, о контактах с неведомым, с тайгой, с людьми, живущими в этих суровых условиях. Его проводник Дерсу Узала — уникальный персонаж. В свое время Акира Куросава снял о нем художественный фильм, а мне хотелось сделать документальную версию, пройти все эти места, посмотреть, что с ними стало сейчас. У меня были проводники-нанайцы, и среди них свой Дерсу Узала, который показал нам потрясающие места, научил секретам охоты и рыбалки, выживанию в тайге.

Дальневосточная тайга — особенное место, там нужно вести себя совсем иначе, чем в любом другом лесу, даже сибирском. Потому что там живет хитрый и опасный хищник — амурский тигр. Нанайцы называют его лесным дьяволом и специально с ним встречи не ищут. А мы с ним сталкивались, и не раз.
Однажды оказались в засаде с группой тигроловов — это специалисты, которые надевают на животных радиоошейники, чтобы отслеживать потом их передвижение (если животное выходит за пределы охраняемой зоны, оно подвергается опасности). Мы провели с этими людьми много недель вместе и, наконец, смогли поймать сразу трех годовалых тигрят — такого вообще, насколько я знаю, на Дальнем Востоке ни с кем не случалось. Животных усыпили, а дальше на всё у нас было 20 минут. Тигроловам нужно было сделать замеры, взять анализы, надеть радиоошейники. Нам в этой нервной обстановке — снять сюжет для фильма. Все это время мы точно знали, что рядом, словно невидимка, бродит мама-тигрица.

Хождение за три моря (по следам Никитина в Индию)


В XV веке Афанасий Никитин стал одним из первых европейцев, достигших Индии (за 30 лет до португальского мореплавателя Васко да Гамы). Круглов повторил путь тверского купца в 2008 году.

Индия похожа на многослойный пирог. Нужны мегаполисы и курорты? Пожалуйста, вот тебе цивилизация, развитая инфраструктура и туристические достопримечательности. Но стоит отъехать в приграничный район, где живы средневековые традиции — и ты оказываешься вообще в другой стране. Абсолютно нетуристической.

Мы вроде много знаем про цыган, они ведь везде живут, в России в том числе. Но все равно интересно иметь дело с первоисточником, а распространение цыган по всему миру пошло именно оттуда. И я как раз пытался установить контакт с кочевыми цыганами на самой границе Индии и Пакистана. Там со мной случилась такая история. Спустя дни ожиданий и поисков я, наконец, нашел большой караван, который растянулся на сотни метров. Настоящее царство в постоянном движении: множество людей, овцы, козы, верблюды с привязанными к спинам кроватками, в которых спят дети. Но как только я их догнал и достал камеру, в меня полетели камни.
Когда я просматривал кадры, увидел, что кидал их высокий сухопарый старик. Мои проводники сказали, что это цыганский барон, весь караван подчиняется ему, а значит, с ним мне и нужно подружиться.
Второй раз я догнал караван, когда он стоял на привале. Я смог подойти к барону и увидел, что он не здоров: неудачно спрыгнул с верблюда и вывихнул руку. Я был на машине, поэтому сразу предложил помощь и отвез его в ближайший поселок, где ему руку вправили. Так случай все изменил, и вечером мы уже вместе сидели у костра.

Самая северная экспедиция (по следам Лаптева на Таймыр)

В 1739-1741 годах Харитон Лаптев сделал первое географическое исследование и описание Таймыра. Он же составил и первую достаточно точную карту полуострова.

Это было мое первое серьезное соприкосновение с нашим Севером. Часть экспедиции так же, как и у Харитона Лаптева, проходила в зимнее время. Самым сложным оказались передвижения на оленях и собачьих упряжках: расстояния там огромные, а температура иногда опускалась до −50 градусов.

Важная для меня часть путешествия — контакты с нганасанами. Это северный народ, живущий в экстремальных условиях и некогда державший под контролем значительную часть Таймыра. У этого народа всегда были очень мощные шаманские традиции. Мне повезло подружиться со знаменитой семьей потомственных шаманов Нгамтусуо, также известных под русской фамилией Костеркины.

Запомнилась и удивительная находка: на одной из стоянок экспедиции Лаптева мы откопали большой сундук, набитый старинными замками, топорами и другими железными предметами. Не смогли они, видно, такую тяжесть тащить, вот и спрятали.

В той экспедиции мы впервые столкнулись очень близко, в прямом смысле нос к носу, с белым медведем.
С этим зверем были постоянные сложности. Мы высадились с ледокола и на лодках через льды добрались до восточного побережья Таймыра. Там разбили лагерь, а в окрестностях искали следы пребывания группы Лаптева. Медведи наведывались регулярно, один так вообще все время крутился рядом, переворачивал наши лодки. Пытались отпугивать ракетницей — помогало ненадолго. Бывало, выходишь утром из палатки, а он рядом сидит, караулит.

Самая сложная экспедиция (по следам первой русской кругосветки)


Первое русское кругосветное плавание состоялось в 1803-1806 годах. Команды Ивана Крузенштерна и Юрия Лисянского совершили ряд открытий в бассейне Тихого океана, разобравшись с последними «белыми пятнами» в его северной части. Леонид Круглов повторил легендарный маршрут за 13 месяцев: в 2012-2013 годах пересек на паруснике 3 океана и побывал в 32 портах мира.

Благодаря этой экспедиции я понял, что наша Земля очень маленькая, ведь всего за год с небольшим мы смогли обогнуть на паруснике (со скоростью велосипедиста) весь земной шар.

В локальных экспедициях нет непреодолимых сложностей, по крайней мере, в организационном плане. Проблемы носят чаще психологический характер: ты оказываешься в непривычных условиях, среди людей с совершенно другой логикой. Так что самой трудной в моей карьере путешественника оказалась именно кругосветка; она, кстати, и одобрялась на самом высоком уровне — президентом Медведевым.

Путешественники часто оказываются на острие международных политических событий. Государства конкурируют между собой: кто окажется первым в той или иной сфере. Наш парусник регулярно не пускали то туда, то сюда. Приходилось все время менять планы и график движения, было много нервотрепки. Так и не удалось попасть на Аляску — которая 150 лет назад была российской территорией.

Самым незабываемым в кругосветке для меня стала работа с парусами. Вы не представляете, что это такое, когда через океан идет барк «Седов» — один из самых больших учебных парусников в мире. Ты поднимаешься по мачтам на высоту, где паруса наполнены ветром, лежишь на них, как в огромных гамаках. А чтобы сделать лучшие кадры, забираешься по веревочной лестнице на самый-самый верх. А это 60 метров — высота 15-этажного дома! Дух захватывает от страха и невероятной красоты.

Это проект журнала «Нация» — «Соль земли»: о современниках, чьи дела и поступки вызывают у нас уважение и восхищение. Расскажите о нашем герое своим друзьям, поделитесь этим текстом в своих соцсетях.