В Ростове Солженицын болел за «Сельмаш», а на Большую Садовую ходил учиться флирту
Люди

В Ростове Солженицын болел за «Сельмаш», а на Большую Садовую ходил учиться флирту

МИД России предложит ЮНЕСКО объявить 2018-й Годом Солженицына.

автор Анастасия Шевцова

8 Сентября 2016

В 2018 году исполнится 100 лет со дня рождения Александра Солженицына. МИД России намерен предложить ЮНЕСКО включить день рождения писателя в список международных памятных дат и посвятить его памяти весь юбилейный год. (ЮНЕСКО отмечает международные дни, года и десятилетия. 2017-й уже объявлен Международным годом туризма. В 2011-м ЮНЕСКО утвердил от России Год Ломоносова в честь 300-летия со дня его рождения.)
Три главных города в жизни Солженицына — Москва, Кавендиш (штат Вермонт, США), где жил в изгнании, и, конечно, Ростов-на-Дону, здесь прошли детство и юношеские годы. В «ростовском периоде» мы нашли немало интересных фактов, которые очеловечивают уже забронзовевший образ Александра Исаевича.

Александр Солженицын (11 декабря 1918, Кисловодск — 3 августа 2008, Москва) — русский писатель, общественный и политический деятель. Лауреат Нобелевской премии по литературе 1970 года. Через 4 года после этого был обвинен в измене Родине, лишен советского гражданства и выслан из страны.
Среди самых известных произведений писателя — повесть «Один день из жизни Ивана Денисовича», рассказ «Матренин двор», исследование «Архипелаг ГУЛАГ», роман «В круге первом».




Первый дом в Ростове


 
Саше Солженицыну было 6 лет, когда они с матерью переехали в Ростов и поселились в одной из каморок дощатого низенького домика по адресу Халтуринский, 52 (в те годы Никольский переулок). В этой гнилой хибаре они прожили с 1924-го по 1934-й.
Историк Александр Кожин: — Когда Солженицын после эмиграции приехал в Ростов в 1994 году, он был поражен тем, что дом выглядел почти также, как в довоенные годы: колонка на улице, удобства во дворе, печное отопление, в общем, жуткие бытовые условия. Можно было бы выкупить его, сделать дом-музей, но нынешние жильцы против. Недавно я зашел туда по старой памяти, со мной был оператор, но съемку нам провести не позволили. «Частная собственность», — говорят.

Солженицын-школьный изгой



Маленький Солженицын пошел в школу не как все, а со второй четверти второго класса. Мать Таисия Захаровна долго тянула, ждала, что жизнь наладится: станет проще с работой и в городе откроется частный пансион. Но никаких гимназий не появлялось, и 9 ноября 1927 года мальчик пошел в школу №15 на Соборном, 26 (сейчас там находится экономический колледж).
Кожин: — Тогда, к его приезду в 94-м, мы установили на здании школы алюминиевую доску «Здесь учился Солженицын...». Только с датой ошиблись, думали, он с первого класса туда пошел. Солженицын увидел, но сказал: исправлять не надо. Но там уже все само совпало. Были лихие 90-е, доску украли, чтобы сдать на металлолом, вместо нее появилась гранитная, уже с верной датой.
В школе Саня сразу стал изгоем: он ходил с матерью в единственную открытую в городе церковь и носил на шее крестик. В 1931 году Солженицына посвятили в пионеры, а крест силой сорвали.

Солженицын по кличке Морж


 
«Одутловатый, не слишком расторопный, нервный, стоило рассердиться, и у него появляется тик лицевых мышц, за что товарищи прозвали его Моржом», — так объяснит происхождение прозвища чешский журналист Томас Ржезая, написавший по заказу КГБ дискредитирующую писателя книгу «Спираль измены Солженицына». Опровергает эту версию первая жена Солженицына Наталья Решетовская: «Морж — это потому, что Саня до поздней осени ходил без пальто и всю зиму нараспашку».

История шрама Солженицына



«Все, кто видел портреты Солженицына, обращали внимание на шрам, пересекающий правую сторону лица. Многие считали: это памятный след — то ли войны, то ли тюрьмы. Солженицын не подтверждал этого, но и не разуверял. А я, помня этот шрам с нашей первой встречи, не расспрашивала мужа о нем. Было как-то неловко», — пишет в мемуарах Решетовская. «Какое ж это замужество, если у мужа стыдно спросить о шраме на лбу?», — удивится потом Солженицын.
Эта тайна породила много мифов. Школьный друг Сани Кирилл Симонян якобы рассказал Решетовской сорок лет спустя после случившегося, что шрам — это нервная реакция на замечание учителя: упал в обморок, ударился о парту и рассек себе лоб. Вышеупомянутый чех Ржезич, опять же ссылаясь на Симоняна, считал, что шрам появился в результате школьной драки.
По факту Кирилл Симонян только перевелся из другой школы и ничего знать не мог. Знал Шурка Каган и другие школьные товарищи. Солженицын тайну открыл: «Со многими мальчишками, вооруженные деревянными мечами, мы захватывающе играли в разбойников по заброшенным подземным складским помещениям, каких немало в ростовских дворах, и среди тех мальчишек действительно был Шурка Каган. И он предлагал: украсть на Дону лодку и бежать в Америку. А 9 сентября он принес в школу финский нож без футляра — и мы с ним, именно мы вдвоем, стали с этой финкой неосторожно играть, отнимая друг у друга, — и при этом он, не нарочно, уколол меня ее острием в основание пальца (так понимаю, что попал в нерв). Я испытал сильнейшую боль... вдруг стало звенеть в голове и темнеть в глазах... Потом-то я узнал: надо было лечь, голову вниз, но тогда — я побрел, чтоб умыть лицо холодной водой, — и очнулся, уже лежа лицом в большой луже крови, не понимая, где я, что случилось. А случилось, то, что я, как палка, рухнул — и с размаху попал лбом об острое ребро каменного дверного уступа. Разве о парту так расшибешься? — не только кровь лила, но оказалась вмята навсегда лобовая кость».

Солженицын — футбольный болельщик



Осенью 1932 года Саню Солженицына (далеко не образцового пионера) отстраняли от школы за систематичесий срыв сдвоенных уроков математики, с которых он вместе с друзьями убегал играть в футбол. «Когда я был маленьким, — писал 19-летний Солженицын — я был таким же футбольным болельщиком, как и теперь, даже, пожалуй, больше, потому что тогда, приходя после матча домой, я немедленно садился и писал подробный отчет о матче. Так и лежит у меня до сих пор стопка тетрадочек с регистрацией каждого мяча, забитого в ростовские ворота или ростовскими форвардами. Потом я бросил эти футбольные мемуары».
Добавим от себя, что в те годы местный ФК «Ростов» назывался «Сельмашстрой».

Влюбленный Солженицын

«В школе я влюблялся много», — утверждал Солженицын, но признавался, что прожил 20-е и 30-е годы в духе, присущем молодежи его времени, — скромной и целомудренной. Свои шансы на ответное чувство в те годы он оценивал весьма низко. В повести «Люби революцию», написанной, когда ему было уже под тридцать, Солженицын нарисует своего автобиографического героя Глеба Нержина (Нержин также герой романа «В круге первом»): «Он не умел нравиться, ухаживать, а влюбясь — только писал в дневнике и строил хрупко-калейдоскопические картины любви». Глеб Нержин (а может, сам Солженицын?) даже специально ходил на Большую Садовую — присмотреться, как ухаживают за девушками опытные, уверенные в себе мужчины. «Он напряженно соображал, как это — ухаживать? Подавать в театральной раздевалке шубку и галоши? Как это брать и вести под руку, когда не знаешь, как правильно? Едва касаться острия локтя? Поддерживать всю руку до запястья?»



Солженицын-студент

Он с 9 лет твердо решил стать писателем, но не хотел уезжать и оставлять мать одну, а литературный факультет в местном пединституте считался низким по уровню. В 1936 году с отметками «отлично» в школьном аттестате по всем 17 предметам Саню без экзаменов принимают на физмат РГУ. Здесь он нашел хорошего друга. Спустя семьдесят лет (в 2006-м) сокурсник по физмату ростовчанин Эмилий Мазин, Миля, вспоминал: «С Саней мы познакомились в университете в первый же день. Физмат РГУ находился в то время на улице Горького, 100. В этом здании мы проучились 5 лет. В аудитории мы с Саней всегда сидели рядом. К экзаменам готовились вместе. Для этого облюбовали себе удобное место — библиотеку «Тяжпрома», что находилась на углу Малой Садовой улицы и Ворошиловского проспекта. Дружба у нас была крепкая, мужская».

Революция и любовь



В сентябре 36-го Солженицын знакомится с Наташей Решетниковой, впоследствии ставшей его первой женой. В то же самое время он обдумывал роман о революции, но не знал, как к нему подступиться. 18 ноября, по словам Солженицына, он «ходил по Пушкинскому бульвару и сходил с ума от любви». И тут его осенило: надо писать роман о революции, начиная не с октябрьского переворота, а с событий Первой мировой войны. Впоследствии изменятся фактура повествования и язык, но конструкция военных глав, написанных студентом Солженицыным в Ростове, останется почти без изменения и войдет в окончательную редакцию романа-эпопеи «Красное Колесо».



Сталинский стипендиат

После свадьбы молодожены сняли комнату в Чеховском переулке. «Дома нас ждал свадебный подарок: отличник, редактор факультетской газеты, активный участник всех комсомольских дел и художественной самодеятельности — Саня стал получать сталинскую стипендию», — вспоминает Наталья Решетникова. В 1940 году во всем РГУ было только восемь сталинских стипендиатов.

«Клад» Солженицына

Особую ответственность в учебе отмечал и сокурсник писателя Петр Колобов.
Кожин: — Солженицын часто бывал у него в гостях. Когда уже начались гонения на писателя, они (есть такая версия) собрали письма, которые писали друг другу, спрятали в банку и закопали на Нахичевани, где-то между 21-й и 25-й Линией. В перестроечные времена пытались их отыскать, но безуспешно.


В материале использована информация из книг «Александр Солженицын» Людмилы Сараскиной (серия «ЖЗЛ»), «Солженицын. Прощание с мифом» Александра Островского.


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: TRUE ЧЕХОВ

ШОЛОХОВ VS БРОДСКИЙ