Тренер Игорь Гамула: «В баре на Пушкинской я понял, что Ростов — хороший город»
Люди

Тренер Игорь Гамула: «В баре на Пушкинской я понял, что Ростов — хороший город»

Разговор с новоиспеченным писателем.

автор Александр Молчанов.

7 Июня 2021

Яркий, харизматичный, эксцентричный — сначала футболист, потом тренер, эксперт «Матч ТВ» — теперь Игорь Гамула еще и писатель. 
Пообщались с Игорем Васильевичем накоротке на презентации его дебютной книги «Виражи судьбы и уроки жизни».

— Я благодарен всем людям, которые помогли мне написать эту книгу. Но должен сказать, что мне работалось очень легко и комфортно. Потому что я ничего не придумывал, не искажал, а рассказал все, как было в моей жизни. Возможно, молодежь весь этот бред читать не будет, хотя я хотел бы, чтобы почитали и не повторяли моих ошибок. А их я наделал очень много. Но об ошибках я не жалею и чувствую себя прекрасно. Тому парню сегодняшнюю мою голову не пришьешь. Что было, то было. Чего уж себя теперь корить.

Досье. Игорь Гамула, 1960 года рождения. В высшей лиге советского чемпионата играл за ворошиловоградскую «Зарю» и ростовский СКА, с которым в 1981 году выиграл Кубок СССР. В 1985-88-м годах выступал за «Ростсельмаш».
С 1992 года начал тренерскую карьеру. Тренировал новороссийский «Черноморец», ужгородское «Закарпатье», «Ростов». Весной этого года возглавил московскую любительскую команду «Гераклион».


Почему я вообще взялся за книгу. Журналисты постоянно задают мне разные вопросы — и постоянно перевирают мои ответы. Что-то додумывают, сочиняют, искажают. А мне хотелось о своей жизни поговорить откровенно, честно рассказать о своих ошибках, просчетах — без чужих фантазий. Я сейчас смотрю на иного футболиста и думаю: если бы он выпил столько, сколько я выпивал иногда за раз, то на поле бы он точно не вышел, и его бы тут же уволили. А я выходил, тренировался до тошноты, играл, и совсем неплохо играл. Поэтому я просто все это безобразие честно описал, чтобы молодежь не повторяла моих ошибок. Кроме того, в моей жизни повстречалось немало хороших, да и не очень хороших людей, о которых тоже хотелось рассказать. Впрочем, не мне судить о других. В себе бы разобраться.



— Какого тренера вы считаете главным в своей судьбе?
— Наверное, это мой детский тренер Вячеслав Владимирович Першин, который поверил в меня. Когда он меня взял, я был маленький, хлюпенький. Когда меня хотели отчислять из спортинтерната, Першин сказал: «Из этого паренька получится хороший футболист». Он был отцом каждому из нас. И что-то получилось. А если бы не моя глупость, то наверняка получилось бы больше.

А вообще в моей жизни тренеров было много, но «папой» я с товарищами (по команде «Ростсельмаш») называл только Валерия Николаевича Синау. Мы до сих пор поддерживаем очень близкие отношения. (Сам Синау, в свою очередь, говорил в интервью о Гамуле так: «Он начал здорово играть: креативный, техничный, умный игрок. Пасы давал великолепные с обеих ног, в общем светлая голова. Был момент в молодости, когда он должен был уехать в Европу, но не вышло. Я уверен, что он бы топ-футболистом стал, лучше Александра Заварова, экс-игрока «Ювентуса» и «Динамо» (Киев). Но любил погулять, причем об этом сразу узнавал весь город». — «Нация».)

Теперь я сам тренер и всегда очень много учился — только в Высшей школе тренеров проучился с десяток лет. Правда потом прочитал книгу Хосепа Гвардиолы и понял, что ничего не знаю (смеется). А если серьезно, то каждый тренер как-то повлиял на меня. Выделю еще Анатолия Николаевича Байдачного.

— Расскажите о вашем самом первом впечатлении от тогдашней команды СКА (Гамула приехал в Ростов в 1980 году).
— Правду сказать? Когда мы с Сашей Заваровым только приехали из Луганска, Сергей Андреев, который уже хорошо освоился в городе, на правах земляка и старшего товарища первым делом повел нас в самый модный тогда в Ростове коктейль-бар на Пушкинской. Посидели, выпили, классные девчонки вокруг. Это место я сразу запомнил и обрадовался, что попал в такой хороший город.

— В свое время вы тренировались больше, чем тренируются нынешние футболисты?
— Разные поколения — тут сравнивать некого и незачем. Но говоря объективно, сегодняшние поля с теми нашими даже рядом представить невозможно. Или взять мячи, экипировку. Помню, что, занимаясь в одном из лучших спортивных интернатов СССР, мы брали тяжеленные харьковские бутсы, рисовали по бокам белой краской три полоски, под Adidas, и с утра до ночи бегали в них по каким-то каменьям. У нас, советских пацанов, не было гаджетов, даже телевизор смотрели через раз, ведь если сломается, у мамы нет денег на ремонт.

Позже, уже став профессионалом, я имел возможность наблюдать тяжелейшую работу с футболистами таких великих тренеров, как, к примеру, Валерий Лобановский. И знаете, когда я был на стажировке в «Милане», местные тренеры и врачи рассказали мне, что пользуются тренировочными методиками этих великих советских специалистов. Мы их конспекты выбросили, а итальянцы и сегодня активно используют.

@igor_gamula_

Сейчас в любом клубе Российской премьер-лиги по 25 человек обслуживающего персонала. А у нас был врач, массажист, баня и бутылка спиртного — вот и вся послематчевая реабилитация. Если серьезно, то качество обращения с мячом, да и природная физика у нас были повыше.

— А может, просто светлых голов было побольше?
— Возможно. Помню, Леня Буряк кричит мне: «Ты что смотришь в одну сторону, а отдаешь в другую? Ты косой?!» Пихал по полной, не стесняясь! Такие были футболисты, и работали действительно очень много — тренировались как черти! А какие самобытнейшие были команды! Каждая со своим лицом, с присущим только ей игровым почерком. Донецкий «Шахтер» ни за что не спутаешь с тбилисским или минским «Динамо», с московским «Спартаком». Причем Старухин и Дудинский из «Шахтера» могли всю ночь играть в секу, естественно, под пиво, а на следующий день творить на поле чудеса. И не дай бог кому-то отдать неточный пас — тебя тут же сожрут!

Сегодня футболисты тоже тренируются немало, всё по науке, здоровье под контролем. Но у нас практики заумных упражнений не было, все попроще: квадраты, забегания, — как реально бывает на поле. Однако объемы были серьезными, и все доводилось до автоматизма. Да и нация в те годы была здоровее: натуральные продукты, хорошая экология, вся жизнь на воздухе. Мы не знали тогда, что значит порвать «кресты». А теперь эти крестообразные связки то тут, то там рвут регулярно. Только о них и слышишь…

— Сложным ли был для вас переход из игроков в тренеры?
— Свою карьеру футболиста я заканчивал в херсонской «Таврии» у Байдачного — пригласил, потому что очень хотел со мной поработать. Как и я с ним, тренер он действительно крутой. А когда его убрали, то мне новый президент клуба предложил стать играющим тренером. Но я сразу сказал: нет! Или я тренирую команду, или играю в футбол. Иначе что я буду на поле говорить футболисту? Он меня в запале просто пошлет на три буквы! В итоге я сел на тренерскую лавку и сразу обрезал панибратские отношения с игроками, и особенно с их женами, которые всё норовили напомнить муженькам про наши общие застолья. У меня в команде, кстати, тогда были очень неплохие и опытные футболисты, такие, например, как Виталик Попандопуло.
Я не великий тренер, но дисциплина у меня на первом месте. И я стараюсь придерживаться этого — как на поле, так и вне него.

У меня всегда были хорошие отношения и с командами, и с руководством клубов, потому что я не делал поспешных выводов и на принимал скоропалительных решений. Единственное, мне всегда хотелось поработать в команде, в которой не было бы проблем — чтобы не думать, чем платить игрокам, что они будут есть, где тренироваться… Чтобы этими вопросами занимался кто-то другой, а я мог бы сосредоточиться на тренировочном процессе. Но все хлебные места всегда заняты.



— Так и не сложилось с благополучной командой?
— Нет, один раз все же получилось, в 2000-х в «Даугаве» (Даугавпилс, Латвия). Там не было проблем практически ни с чем. Страна до занудства спокойная, пусть и скромное финансирование есть, база тоже. И после восьми поражений подряд, которые случились до моего прихода в клуб, сезон мы закончили на 3-м месте. Это приятно, когда занимаешься своим делом, а не чем-то другим.

— Вам интереснее жизнь футболиста или жизнь тренера?
— Тренер — это такая неблагодарная специальность, такая нехорошая. Команда проиграла раз, другой — тренер виноват, тренера выгнали! Выиграла команда — футболисты молодцы! Конечно, футболистом быть спокойнее, ни за что не отвечаешь. Точнее, отвечаешь только за свою игру.

А у тренера работа очень уж неблагодарная. Она, конечно, почетная, приятная, она престижная, наконец. И когда у тебя что-то получается, когда есть результат, это приятно, прежде всего, самому себе. Ведь ты живешь этим.