«Краснодар странный, Ростов тусовый, Волгоград все еще послевоенный». Проект «НеМосква»: блогеры+Минстрой
Места

«Краснодар странный, Ростов тусовый, Волгоград все еще послевоенный». Проект «НеМосква»: блогеры+Минстрой

Столичные эксперты проехали всю страну, чтобы выбрать лучшую новостройку за МКАДом.

автор Анастасия Шевцова/фото соцсети героев

21 Августа 2017

Этим летом на YouTube-канале #ХОЧУКВАРТИРУ стартовал проект «НеМосква», в рамках которого блогеры-эксперты рассказывают о ситуации на рынке новостроек в России.
Никита Журавлев и Рагим Джафаров были членами Ассоциации профессионалов рынка недвижимости REPA (Никита три года возглавлял организацию). Раньше они искали идеальное жилье в столице, но весной министр строительства России Михаил Мень посоветовал видеоблогерам посмотреть на интересные объекты недвижимости в регионах. Изучать нестоличные новостройки Журавлев и Джафаров отправились в «доме на колесах». За месяц они наездили больше 10 тысяч километров, посетили почти 20 городов и около 100 жилых комплексов. В конце проекта блогеры обещают назвать лучшую в России квартиру в новостройке до 5 миллионов рублей. А пока рассказали нам, где в стране самое дешевое жилье, где — самое удобное, и куда бы сами хотели переехать за МКАД.


— Коротко, в двух словах, опишите города, в которых побывали.
Рагим Джафаров: Тула: небольшой, приятный, уютный город. Нижний Новгород: красиво, но красиво именно расположение на слиянии рек, а набережные при этом запущенные. Огромный потенциал у города, но над ним не работают. Казань: я в восторге от того, как выглядит город, но в полном недоумении от местного риелторского бизнеса. В плане стройки не фонтан. Ижевск: разруха, по-другому не скажешь. Пермь: вообще ничего не помню про Пермь. Екатеринбург: грязно. Сам город мне понравился, много исторических и культурных объектов, но и мусора по городу много. Тюмень: не похожа на провинцию, скорее на окраину Москвы, там светло, широкие проспекты. В плане «недвижки» самый контрастный город, потому что там были самые лучшие новостройки, но и одни из самых худших. Челябинск: тяжелый. Жить я бы там точно не хотел. Уфа: спокойный зеленый город. Самара: очень пыльная. Там все перекопали к чемпионату, огромные пробки и пыль. Все время пребывания в Самаре я вытряхивал пыль из телефонного чехла. Волгоград: послевоенный, порушенный. Я расстроен. Был там года три назад, и, по-моему, с тех пор ничего не изменилось. Ростов: супертусовый! Если в Волгограде к вечеру жизнь заканчивается, в Ростове только начинается. Все выходят на улицу, идут в рестораны. Краснодар: очень странный, очень разный. Одноэтажные домишки и темные улочки чередуются с какими-то современными кварталами. Он как-то кусками идет: куски, которые тебе нравятся, и куски большой деревни. Сочи: коварный. Никогда мне особо не нравился, и я постарался по-новому на него посмотреть. Понятно, после Олимпиады Сочи похож на европейский город. Но то, что туда пол-России в сезон съезжается, — это адок. Вообще не знаю, как к нему относиться, потому что Сочи — это российский феномен. Там же у муниципалитета в собственности только 15% земли. Во всех регионах проблема — «что-то недостроили». В Сочи другая проблема — там, блин, перестроили. Сочи застраивается следующим образом: покупается 6 соток под ИЖС (индивидуальное жилищное строительство), дальше ты идешь «дагауариуаешься нармальна» с архитектором (смеется), строишь на этих 6 сотках 20-этажку и через суд вводишь ее в эксплуатацию. Вот так застроено 80% города. Там черт ногу сломит в вопросах «недвижки». Нужно находить местного, который очень хорошо разбирается в том, что происходит в городе, чтобы сильно не ошибиться.
Это все города, о которых мы пока можем рассказать. Но будут еще города-сюрпризы. Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить спецвыпуски проекта.

Жилье доступно, проблема в другом: люди хотят дешевые квадратные метры. В краснодарском «Шанхае» квартиры на стадии котлована стоили 23 тысячи за метр. Там нет асфальта, нет детских садов, перебои с водой и светом.

— А теперь обо всем поподробнее. Откуда взялась эта цифра — квартира за 5 миллионов?
— Никита Журавлев: Когда мы затеяли проект «Хочу квартиру» в Москве, я реально искал себе жилье в пределах этой суммы. Примерно 4 миллиона стоила моя «вторичка» в панельном доме в «спальнике», планировал добавить миллион в ипотеку. Это в принципе средний чек для Москвы и Московской области. Эта цифра как-то легла во все сюжеты по Москве, решили также привязать ее к регионам. Для регионов, это, конечно, большая сумма.

— Каков будет итог проекта, кроме роликов на YouTube и того, что вы определите лучшую квартиру?
Журавлев: — Главная цель вообще — это, конечно, популяризация новостроек. Мы пытаемся донести до людей мысль, что улучшать свои жилищные условия можно и нужно. Чтобы они посмотрели, в каком комфорте сейчас можно жить, и начали уходить из своего старого жилья, которое строилось еще в 1960-70-е годы. Чтобы люди не боялись этих, как им кажется, тяжелых грандиозных сделок. Говорят — вот, денег нет. Ну, как? Можно за миллион рублей купить в новостройке квартиру. Все возможно, желания особого нет.

— Ну, у нас в некоторых регионах 20 тысяч считается хорошей зарплатой. При ней даже миллион — неподъемная сумма.
Журавлев: — Но мы же все живем при этом где-то? Да, все в разных условиях, но крыша над головой есть у всех. Квартира — это твой багаж, твоя капитализация. Допустим, есть жилье стоимостью в миллион рублей, берешь ипотеку на 500-700 тысяч с минимальным ежемесячным платежом. Все! Ты меняешь свою «вторичку» на новостройку. Живешь в лучшем месте, с хорошей инфраструктурой. Да, понятно, что экономическая ситуация нестабильна, да, зарплаты маленькие. Но не у всех же поголовно? Я вот убежден, что любой человек может улучшить свои жилищные условия. Любой! Есть разные программы, материнский капитал, военная ипотека. Все-таки главный вопрос в желании.

— Это какой-то очень классный вариант — со своей старой «вторичкой», которую можно продать. Большинству продавать нечего.
Журавлев: — А где же люди живут?

— С родителями, братьями-сестрами, с их и своими мужьями-женами и детьми. Или снимают.
Журавлев: — Вы говорите о совсем проблемных историях.



—Да половина населения страны так живет!
Журавлев: — Да?! А скажите, пожалуйста, кто покупает тогда? Мы проехались почти по двум десяткам городов. Нереальная конкуренция в сфере недвижимости! Или вот, обратили внимание, Ростов и Краснодар в пробках стоят. И почти все на иномарках. Значит, деньги есть?
Джафаров: — Мы в общей сложности проехали 12 500 км. Во всех городах объем строительства просто безумный какой-то. Например, в Краснодаре. Там миллион человек населения, а жилья вводится 2,5 миллиона квадратных метров. Обычно расчет какой: на одного жителя — один свободный метр. Здесь в 2,5 раза больше! Как это работает, я не понимаю. Надо учесть, что Москва вводит меньше 2,5 миллионов метров жилья при своих 13 миллионах населения. У нас вообще возникло ощущение, что половина экономики России завязана на стройку. Строят везде, в огромных количествах. И да, еще и продают кому-то, значит это востребовано. Наши партнеры давали нам аналитику по каждому городу. В регионах проще купить жилье. Я прямо подсчитал: в большинстве случаев соотношение доходов и расходов в регионах привлекательней, чем в Москве.
Журавлев: — Жилье доступно и его покупают. Я в другом увидел проблему: люди жаждут заполучить дешевые квадратные метры. Возьмем Музыкальный квартал в Краснодаре, местные называют его «Шанхай». Люди купили проект на стадии котлована — 23-24 тысячи за квадратный метр. Дешево? Дешево! Но там нет инфраструктуры никакой, нет детских садов или хотя бы площадок, в семиэтажках нет лифтов, нет асфальта даже. Расстояние между домами в метр. Постоянные перебои с водой и электричеством. Там полный бардак. И не продашь эту квартиру уже никому.
Так что наша задача — объяснить людям: хватит жить в Советском Союзе, в этих «совковых» квартирах. Их и сейчас строят, но это некомфортное жилье. Да, сейчас строят современные хрущевки — пятиэтажки без лифтов, без пандусов, с узенькими проездами. Как один застройщик мне говорил: «Мы специально делали узкие проезды во дворе, чтобы машины не парковали». Это зачем вообще? Почему эти площади тогда не отдать под благоустройство? Под аллеи, под детские площадки? А люди, оказывается, не знают, что можно по-другому. По тем же планировкам много вопросов, когда трубы горячей и холодной воды до сих пор проходят в комнате. Их в цивилизованном мире уже не то, что в пол, давно в стены прячут. Контраст огромнейший в стране. Мы видели проекты, в которых маркетинг побеждает строительство. Где проекты делаются для людей, для жизни.

—Из этих городов, где вы уже побывали, можете выбрать лучший в плане рынка недвижимости?
Джафаров: — Наверное, самое интересное, что я видел — это «Брусника» в Тюмени. Они очень крутые. Я бы с удовольствием возил к ним на экскурсию московских девелоперов, чтобы посмотрели, как надо делать. Видно, что маркетологи работают над продуктами, а не только строители. Там есть такие очень важные, удобные для жизни мелочи: понятная навигация, много хороших детских площадок, продуманных зон отдыха.
Интересный в принципе был Екатеринбург. Там огромный квартал «Академический» — насколько я знаю, самая большая комплексная застройка в Европе. Целый новый район города, 320 тысяч жителей. И выделяется очень на фоне серого Екатеринбурга.
Интересный проект был в Казани, «Арт Сити», но он в каком-то смысле тоже связан с Тюменью, потому что ребята специально ездили туда, учились у «Брусники». Но в целом, в Казани очень странная ситуация. Очень красивый город, в нем хочется жить, но когда мы смотрели жилье — это такой колхоз. Вот там видно, что принимают все решения именно строители, которые говорят: «Не, ну, по нормам же проходим? Значит, все ок». Рассказывают нам: «У нас такие квартиры — купил, и сразу жить можно. Вся отделка готова, даже чайник на кухне стоит». Заходишь, поворачиваешь голову налево, а там такой огромный кондовый щиток висит для разводки. Спрашиваем: «Зачем это уродство здесь висит, спрятать нельзя?» — «Ну, хотите, сами уберите». В другую сторону смотришь, а там какой-то странный выступ из стены. А зачем мне этот выступ? Понимаете разницу в отношении? Когда подходят «не для себя», а «так сойдет», вот что получается.



— А где хуже всего?
Джафаров: — Город, который нас шокировал не только в плане жилья, а в принципе, — это Челябинск. Только из машины выходишь и чувствуешь — воздух совсем другой. Там все в заводах, смог висит. Серый, очень тяжелый город. Там много панелек из разряда П-44Т (П-44 или «пэшка» — типовая серия панельных домов, спроектированная в конце 1970-х годов. — «Нация»). Никакого благоустройства, ничего. Одни эти панели уходят в горизонт, производит гнетущее впечатление.
Журавлев: — Урал тяжелый. Челябинск, Екатеринбург выбили в какой-то момент из седла. Пришлось приходить в себя после этих городов. Юг, конечно, зарядил своей энергией. Мы приехали в +40, и нас сразу это раззадорило.
Джафаров: — По внешнему виду города: наверное, хуже всего было с Волгоградом. Это прямо какой-то ужас. Такое ощущение, что немцы отступили не в 43-м, а вчера буквально. Ночью людей в городе почти нет. Если встречаешь девушку, она всегда идет с мужчиной, потому что одной, видимо, там нельзя. Дороги ужасные, фасады обшарпанные. А, главное, самое большое количество обманутых дольщиков — из Волгограда. В ЖК «Парк Европейский» — полторы тысячи обманутых дольщиков. Причем, я не понимаю, как вообще так можно: там три корпуса сданы, а в остальных случаях даже котлованов нет.

Везде есть свои особенности. В Ростове, например, очень любят консьержек. Что за прикол?

— Ростов-на-Дону нас волнует определенно больше всего. Успели по городу погулять?
Журавлев: — Зашли на рынок, увидели набережную. Погуляли по центру, по ресторанам вашим знаменитым походили. В «Корове» были. Забавное место. Общее впечатление позитивное; показался очень динамичным городом.
Джафаров: — А мне понравилась «ОнегинДача», я слышал, что это лучший ресторан за пределами Москвы и Питера по версии GQ 2016 года. Насколько я понял из разговоров с местными, много красивых мест вокруг города, но с нашим жестким графиком возможности поездить не было. На ваше знаменитое механическое сердце на набережной ходили посмотреть, с таким восторгом нам его советовали (смеется). Знаете, не хочу никого обидеть, но у некоторых городов есть такая интересная черта… Мы были в Воткинске, это Удмуртия, просто проездом, остановились перекусить. Какой-то местный нам говорит, мол, столько в городе всего интересного, и начинает перечислять: памятник тому, памятник этому, пятому, десятому. И я вывел интересную закономерность: чем больше в городе странных памятников, тем меньше по-настоящему значимых объектов. Например, приезжаешь в Екатеринбург, а там небоскребы, «Ельцин-центр», Плотинка — большие крутые объекты. А странных памятников как-то и нету. Приезжаешь в Воткинск, где нет ничего, — и странные памятники на каждом шагу. Такое ощущение, что их ставят, чтобы компенсировать отсутствие большого и значимого. Хотя с Ростовом это не работает. Ростов сейчас — прямо «город-город», конечно.



—Как оцениваете рынок недвижимости в Ростове?
Журавлев: — Хорошее жилье и по доступным ценам. Мы посетили объекты компании «Патриот», они сейчас новую панель выводят — с большими окнами, хорошие планировки, инфраструктура, интересная архитектурная концепция.
Джафаров: — Еще понравился район «Красный Аксай» от компании «ЮгСтройИнвест». В рамках своего бюджета они не могут позволить такую красивую архитектуру, как делает «Брусника», но то, как они вкладываются в благоустройство, для меня стало приятным удивлением.
Журавлев: — Да, там по три с половиной метра входные группы. Красивые, светлые. Не подъезды, а парадные!
Джафаров: — Есть очень забавные особенности. В Ростове (не пойму, с чем это связано) очень любят консьержек. Мы пришли смотреть объект, там такие интересные входные группы, потолки три метра, все в мраморе, огромное помещение. «Это для чего?» — спрашиваем. Для консьержа! «То есть вы сейчас вот здесь отводите консьержу столько места, вместо того, чтобы колясочную оборудовать?» И нам говорят: «Вы не понимаете, это особенности рынка. Тут первое, что спрашивают: есть ли в доме консьержка». Мы сначала не поверили. Но, правда, потом сколько ходили — везде консьержки (смеется). Так странно. Что за прикол?
Журавлев: — Консьерж-служба — это вчерашний день. Вместо этого ставят красивые стеклянные двери, делают большие входные группы с колясочными, с видеокамерами, все уже давно на датчиках.



Джафаров: — Здесь людей, конечно, нельзя винить, потому что они часто не знают, как бывает по-другому. И это такой замкнутый круг: хороший девелопер постарается изменить отношение людей и показать, как бывает лучше. А с другой стороны, люди этого не поймут. Когда вокруг стоит 50 домов с консьержем, а ваш один — нет, человек возмутится — а как это? У той же «Брусники» такая принципиальная позиция: мы создаем среду, в которой человек начинает себя вести по-другому. Не так, что наберем красивых и богатых, поселим в наш дом, и там будет идиллия. А создадим такую среду здесь, чтобы люди сами менялись. Например, у них вообще абсолютно нормально в этих районах, что на каждом столбе висят пакеты для собак, чтобы убирать за ними на прогулке. Там это уже норма. И люди перестали мусорить.
Журавлев: — А в Туле и Самаре, например, строят малоэтажки, по 11 квартир на этаже! Плотная посадка, 200 домов на 80 га, машину негде поставить. Это же беда? А причина вот в чем: Дмитрий Анатольевич (Медведев) говорил, что мы должны строить современное жилье. При этом всех застройщиков тюкают, чтобы они строили дешевое жилье. Вот как за 30 тысяч рублей за метр сделать комфортную инфраструктуру? Здесь палка о двух концах. Если строим дешевое жилье, оно будет некомфортное и невостребованное, опять будем реновации запускать. Либо мы создаем финансовый инструмент для покупки этих квартир, и делаем хорошее, качественное и современное жилье. Да, цена другая будет. Но я бы не сказал, что получится большая разница.

—Где самые дешевые квартиры, где самые дорогие?
Журавлев: — В Тюмени есть цены по 27 тысяч рублей за квадратный метр, в Самаре — 31. Самые дешевые нашли там. Сочи — самый дорогой город.
Джафаров: — Сочи, понятно, вообще стоит особняком. Совсем другая история, московский ценник. И 80% стройки там — это апартаменты, это не совсем про жилье. Но есть и в других городах исключения. Например, ЖК «Кандинский» в Екатеринбурге, там цены от 200 тысяч за квадратный метр. Это вообще, наверное, самый дорогой объект за пределами Москвы и Питера. Супер-пупер-элитка, строит итальянский архитектор. (Я бы, кстати, не сказал, что стоит своих денег.)
Адекватные цены на Юге.



—Есть что-то общее у российских городов?
Джафаров: — Знаете, я как раз думал, что будет общая черта у всех. Но двух похожих городов нет. Все очень разные.
Журавлев: — Но москвичей нигде не любят (смеется). Хотя мы и сами — понаехавшие.
Вообще меня очень поразило, насколько развита миграция внутри страны. Москвичи и петербуржцы сидят в своих городах и не понимают, что есть еще что-то другое. А в регионах люди свободно перемещаются. Это классно. Пришла мысль: а почему бы самому не перебраться в регион?

—Какой?
Журавлев: — Точно ближе к Югу — Краснодар или Ростов. Еще Уфа и Казань. С удовольствием бы рассмотрел эти четыре города. И брату своему посоветую, а то он в Питере скучает.

—А вы, Рагим?
Джафаров: — Я вообще никогда не рассматривал вариант, что всю жизнь буду жить в Москве. Но раньше у меня было мнение, что в регионах нефиг делать и что регионы беднее. Нет! Если у тебя есть мозги, руки и ты готов работать, то найдешь, чем заниматься и где зарабатывать. Россия чуть поспокойнее, чем Москва. Ну, специфика Москвы такая: не москвичи ее строят, не они здесь работают. Фишка в том, что есть москвичи, которые «накушались» и не хотят работать, хотят сдавать бабушкину квартиру, а есть молодые голодные приезжие, им на квартиру еще нужно заработать.
В регионах интересно жить, в Москве зарабатывать. То, что в столице больше музеев и прочего, честно вам скажу: в половину музеев я не ходил. И не всякий москвич дошел до Мавзолея. Сейчас для меня сомнительны все преимущества Москвы. Одно я вижу точно: большинство регионов — это менталитет московского жителя минус 10 лет. В большинстве мест, где мы были, новое — это то, что было интересно в Москве 10 лет назад. Провинция движется в своем темпе и никуда не торопится. В Москве мода на что-то проходит, в регионах она только начинается. С другой стороны, это вообще не особо важно.

— Передвигались по России вы в «доме на колесах». Насколько страна приспособлена сегодня для таких вот автопутешествий? Как вам качество дорог?
Журавлев: — Единственное место, где не было трассы — между Самарой и Саратовом. Километров 300 ехали по какой-то проселочной дороге. Дороги узкие, но в целом нормальные. Я ожидал худшего. Конечно, не магистрали, но в «доме на колесах» проехать можно спокойно. Я сейчас всем знакомым хвастаюсь: как классно ездить по стране.
Джафаров: — Мне, к сожалению, есть с чем сравнивать, я много ездил по Испании, например. У нас под «дома на колесах» нет нормальной инфраструктуры. Нет кемпингов, где можно остановиться и подключиться к газу, свету и воде, не считая каких-то единичных случаев. Так тяжело очень ездить. И дорого. Могу точно сказать: по Европе на машине путешествовать дешевле.
А еще у нас к каждому городу что-нибудь происходило. Из Тулы в Нижний, например, ехали и поймали камень — треснуло стекло, из Нижнего в Казань — помяли бампер, выехали из Казани — погасла фара. Было ощущение, что к концу поездки уже ничего не останется от машины (смеется).



—А что насчет наличия мотелей, придорожных кафе?
Джафаров: — Региональные отели — это отдельная тема. Вечно жить в фургоне не вариант, поэтому останавливались в гостиницах. А поскольку это дело по карману бьет, выбирали «середнячков». Каждый раз какие-то приколы были. В Казани заехали в гостиницу, а там на парковке стоит 10 таких «домов на колесах», и все с китайскими номерами. И целый китайский лагерь разбит во дворе! Белье сушится. Походу они из самого Китая до Казани так ехали.
Журавлев: — А мне запомнилось очень прогрессивное и интересное место между Нижним и Казанью — придорожный комплекс «Гараж». Все условия для комфортного отдыха путешественника: хостел и гостиница с хорошим дизайном, кафе, wi-fi, магазин, прачечная, автосервис.

— Насколько разные люди живут в нашей стране? Какие отличия вы отметили для себя между, скажем, тюменцами и ростовчанами? И какие общие черты?
Журавлев: — Везде нас хорошо встречали. Люди очень открытые и коммуникабельные, не такие, как в Москве.
Джафаров: — Понятно, что стереотипы не случайны, и местность, в которой люди живут, накладывает отпечаток. Приезжаешь в Челябинск, и тебе кажется, что все местные — суровые. Ну, они действительно такие. Они живут в такой среде, где по-другому никак, там даже женщины и дети — суровые мужики. Но по факту, в России — самые дружелюбные люди. Везде, кроме Москвы.


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: ТАГАН-ЙОРК, КЕМЕРУН, ЧИКАГИНСК: САМОИРОНИЧНЫЕ НАЗВАНИЯ РОССИЙСКИХ ГОРОДОВ

ТЕАТРАЛЬНЫЙ РЕЖИССЕР ВСЕВОЛОД ЛИСОВСКИЙ: «СТАРЫЙ РОСТОВ ПОСТРОЕН РИМСКИМИ РАБАМИ»

ДИЗАЙНЕР СЕРГЕЙ НОМЕРКОВ: «КОГДА УЗНАЛ ПРО ЭТОТ ВАШ МУНДИАЛЬ, СКАЗАЛ ЗНАКОМЫМ: ВЫЙДИТЕ ПОПРОЩАЙТЕСЬ С РОСТОВОМ»