Русский друг Ника Вуйчича, или Как пианисту играть без рук?

Русский друг Ника Вуйчича, или Как пианисту играть без рук? «Соль земли». Казанская экспедиция. Часть III.
Люди

Русский друг Ника Вуйчича, или Как пианисту играть без рук?

«Соль земли». Казанская экспедиция. Часть III.

Логотип Журнала Нация
Австралиец Ник Вуйчич известен сегодня всему миру. Родившись без всех четырех конечностей, он научился ходить, плавать, кататься на скейте, серфинговой доске. Стал писателем и меценатом; ездит по миру с мотивационными выступлениями. Нашего героя Алексея Романова сравнивают с Вуйчичем. Леша родился без кистей рук и одной стопы, сам научился играть на пианино и уже в 16 лет выступил с казанским оркестром La Primavera. 
Романов близко знаком с Вуйчичем. Алексею вообще везет на встречи с замечательными людьми, которые и помогли отказнику из детдома стать музыкантом, увидеть мир, победить в международном конкурсе «Любовь к жизни».

В типовой 3-комнатной квартире в центре Зеленодольска (40 км от Казани) сегодня обитают 7 жильцов: 5 взрослых людей, кот Гарсон и лабрадорша Черри. Еще несколько лет назад людей было восемь, и теремок, что называется, трещал по швам. Но двое других приемных сыновей получили квартиры, переехал от родителей и старший родной сын. Стало просторнее.

— Но просторно у нас, пока Черри не пошла вразнос. А слушается она только меня, — Алексей закрывает собаку в клетку, она явно обижена, но терпит. — И на прогулках со мной идет в ногу, а папу и маму заставляет бежать трусцой.

— Как вы держите поводок?
— Цепляю на локоть. Черри спокойно спускается с 5 этажа, ждет. У нас дом без лифта, а у меня протез, поэтому спускаюсь не быстро.
Так получилось, что Лешу дважды отдавали в детдом. Сначала биологические родители, потом первая приемная семья.

— У вас в семье трое приемных детей. Как вы решились на усыновление?
Мама Луиза Левачкова: — Мальчишки дружили в детском доме. Не хотелось их разлучать. Я руковожу благотворительным фондом поддержки сирот и выпускников детдомов «Солнечный круг» — поступить иначе просто не могла. Но у тех мальчишек ситуация другая, они повзрослели и ушли во взрослую жизнь.

Я хорошо помню наше первое знакомство. Леша нет, не помнит, ему тогда 4 года было. На новогодний праздник мы пригласили воспитанников детского дома, купили конфет, и Дед Мороз в конце сказал: «Ну, ребят, налетай!» Детишки набежали, протянули руки — и среди них были руки Леши. У Деда Мороза борода обвисла от такой картины, а мне хотелось этому мальчику как-то помочь: стала укладывать конфеты ему на руки.
Потом его усыновили, но я знала, в какую семью, и по роду своей работы приходила к ним каждый Новый год, переодевшись Дедом Морозом. Смотрела на Лешу со стороны — вроде бы все было нормально. И вдруг его вернули. Мы с сыном Денисом пришли в детский дом, а Леша там. Шесть лет пробыл в семье и снова в казенные стены.
Там у детей есть такая привычка — собираться у окон и провожать гостей. Когда мы уходили, я оборачивалась, искала глазами Алексея, но его среди детей не было.
Всю дорогу домой обсуждали с Денисом, что могло произойти, а потом сын сказал: «Давай заберем Лешу к себе?» Но ему нужно было время, чтобы отойти от той истории. Два года мы с ним общались, дружили, а потом забрали.

— Алексей Романов — царское имя. Воспитанникам детских домов часто дают звучные имена. У вас такой случай?
Алексей: — Нет, это мои настоящие имя и фамилия, от биологических родителей.
Мама: — Многие спрашивают, не асоциальные ли они. Нет, вполне обычные люди. С хорошими профессиями. Когда Алексей появился в телевизоре, его через детский дом начал разыскивать отец. Я спросила у Леши, хочет ли он увидеться — мы были не против. Но он ответил: ни мне, ни ему это не надо.

— Я видела у вас в инстаграме фото. Там вы с очень приятной бабушкой и пара слов о том, что она поддерживала Алексея в детском доме, и как вы ее искали. Что это за история?
Мама: — Я Лешу много расспрашивала о прошлом, о приятных воспоминаниях. И как-то он рассказал, что с 3 до 4 лет, до усыновления, его на выходные забирала какая-то бабушка: играла с ним, кормила вкусняшками. Выходных он ждал уже с понедельника, привязался к бабушке. Но к тому времени, как попал к нам, забыл, как ее звали. Говорил, только что фамилия была какая-то «звериная», и смутно помнил дом, где она жила. И я однажды решила обнаглеть и провести опрос жителей того дома. «Здравствуйте, живет ли здесь женщина таких-то примерно лет со «звериной» фамилией?» Почти Чехов (смеется). В третьей по счету квартире я нашла ее. Фамилия — Козлова. Зовут Наталья Анатольевна. Почти 30 лет возглавляла районный ЗАГС, и через нее прошло множество судеб. Когда мы познакомились, ей было уже за 80. Она плохо слышит, но держит себя прекрасно. И все эти годы она следила за судьбой Леши со стороны, ставила за него в церкви свечки. Мы встретились все вместе, это было очень волнующе, как в кино.
С мамой Луизой Левачковой.


— У нас в «Нации» был герой Сергей Бурлаков, он потерял руки и ноги в армии. И рассказывал, что хороший протез — счастье. Часто протезы тяжелые, неудобные, натирают до кровавых мозолей. В детском доме у вас какие были протезы?
Алексей: — Был сапожок. Потом протезы менялись, я же рос. Сейчас у меня американский, ему четвертый год, и он лучший. А до него мне сделали протез, положенный по ИПР (индивидуальная программа реабилитации), который был выше моей здоровой ноги. Я не мог на него встать. И даже сейчас, когда мне не 16, а 21 год, он для меня высокий. А заплатило за него государство 130 тысяч рублей.

— А как у нас можно сделать американский протез?
Алексей: — Надо съездить за ним в Америку. Мне повезло. Мы познакомились с фондом «Жизнь в движении», они пригласили меня выступить в благотворительном концерте. Я отыграл, потом организаторы вытащили маму за кулисы и спросили: «Луиза, что ты хочешь?» — «Хочу протез для Алексея. И не какой-нибудь, а самый хороший». Мы ведь после того высокого сами делали протез за 270 тысяч рублей; с ним и поехали в Америку. А там доктор говорит: ваш протез портит ногу, надо все менять. И мне сделали отличный протез и стельки из углепластика, чтобы исправлять правую ногу, и чтобы колено не пошло вовнутрь.

— Сколько вы можете пройти за день?
Алексей: — Около семи километров, если без остановок.
Мама: — Если влюблен, можешь пройти гораздо больше. (Смеются.)
Алексей: — Ну да. Мы с Олеськой много ходили, один раз посмотрел, а на шагомере было 80 000 шагов. Но ногу натер, конечно.
С Олесей я познакомился еще в той приемной семье. Мы учились в одной школе (тогда это была обычная школа, не интернат), вместе играли. Потом меня вернули в детдом, и года на три у нас прервалось общение. И вот уже здесь я ее снова встретил.

Мама: — Она очень поддерживала Лешу. Нас же не брали в музыкальную школу. Я написала по интернету 14 педагогам, описала проблему, рассказала, что Леша уже умеет, но нас никто не брал. А Олеся тогда заканчивала «музыкалку», заходила к нам, помогала. Когда он переживал, что делает что-то неправильно, Олеся говорила: наплюй на правила, играй, как чувствуешь.

— Что вы можете делать своими руками кроме игры на пианино?
Алексей: — Завязывать шнурки. Пуговицы мелкие могу застегивать. Кроме верхней. Шить могу, спокойно нитку в иголку вдеваю. Этому меня обучали в обычной школе. У нас труды были совмещены с девочками: мы готовили, вышивали крестиком на пяльцах. Могу нарезать хлеб, сыр, колбасу; варю варенье.

Мама: — У Леши в детском доме был очень хороший педагог, логопед. Она сама из детдома, поэтому знала, как готовить детей к обычной жизни. Леше привязывала ложки, чтобы ел сам, но потом стало понятно, что он лучше справляется без этого.
Как-то на встрече дети спросили у Леши, правша он или левша…

Алексей: — …И я стал за собой наблюдать и понял, я амбидекстр: обе руки работают в равной степени. Я катаюсь на велосипеде, на лыжах бегаю без палок, езжу на лошади. Все, наверное, могу, но не очень быстро; когда надо спешить, прошу помощи у мамы.

— Давайте о встрече с Ником Вуйчичем. Это правда, что после знакомства с ним вы перестали стесняться?
Алексей: — Скорее я понял: в том, как я выгляжу, нет проблемы. Я стал спокойнее относиться к тому, как на меня реагируют люди.

— У вас с Вуйчичем было три встречи?
Алексей: — Да, первая на программе у Андрея Малахова, вторая в Казани, когда Ник прилетал сюда выступать и пригласил меня сыграть, и третья снова в Москве. Мы как раз прилетели из Америки, 14 часов в воздухе. Приземлились в Шереметьево — звонят агенты Ника: он приглашает на встречу, вот прямо сейчас. Я был очень уставший, хотелось скорее снять протез, выспаться в нормальной кровати, но нас уговорили остаться. И я не пожалел. Это была встреча хороших знакомых, можно сказать, друзей. Небольшой зал в отеле, и всего десять человек — люди, которых Ник выбрал сам.
С мировой легендой Ником Вуйчичем.

— Ну, а теперь самое главное. Как в вашей жизни появилась музыка?
Алексей: — Я любил ее с самого раннего детства. Я слушал и слушал. Что-то пытался наиграть, но нот не знал, конечно. Подбирал одним «пальцем» на слух.

Мама: — В той семье появилось пианино, его купили для родной дочери. Леша наблюдал, как она училась играть. Иногда говорил, что тоже хочет учиться. Но никому в голову не могло прийти, что это возможно. И вот его возвращают в детский дом, и он встречается с музработником Раисой Наильевной. Она разрешила ему сесть за пианино и придумала игру в четыре руки.

Алексей: — Она играла аккорды, а я основную композицию — так это называется правильно. Потом завела тетрадку, писала ноты словами: «до», «ре», «ми», — и показывала, какие это клавиши. Я заучивал это зрительно, и мы играли — детские и народные песенки.

— Ваша история напоминает сериал «Ход королевой». Там героиню-сироту играть в шахматы научил сторож детдома. Если бы не он, не было новой чемпионки мира.
Алексей: — Это мой любимый сериал! Да, наверное, есть что-то общее. Ну вот, потом меня забрали сюда и первый вопрос был: что ты хочешь? Я сказал: фортепиано. На пятый этаж без лифта, в маленькую квартиру? Купили хороший синтезатор.

Мама: — Когда он был в детском доме, то уже выступал и получал награды в местных конкурсах. Как-то даже выиграл планшет — очень ценный подарок, стало можно качать и слушать музыку. А уже у нас мы устроили ему домашний концерт: освободили большую комнату, я прошла по подъезду и пригласила соседей. Пришли в основном бабушки. Расселись на стульях, диване, заняли все. Но это было прекрасное выступление.

Алексей: — Потом меня начали приглашать выступать, и на одном фестивале ко мне подошла директор нашего театра Айгуль Алмасовна Горнышева и позвала послушать камерный оркестр нашего прославленного дирижера Рустема Абязова «La Primavera». Мы с моей учительницей музыки сидели на балконе, и я просто «уплыл», особенно от скрипки и виолончели! В антракте директор театра отвела меня к дирижеру, он попросил сыграть — и пригласил меня выступить в его концерте «Звезды из завтра». Мы недолго думая согласились, начались репетиции.

— Вы выступили в декабре 2015 года, видео набрало миллион просмотров в ютьюбе, и жизнь перевернулась. Как?
Алексей: — Меня взяли в музыкальную школу. Повезло, что закрепили за мной мою учительницу музыки из школы-интерната Аиду Шаукатовну Ахметшину. Музыкалку я закончил за 2 года экстерном. Потом было первое большое выступление на международном форуме в Хельсинки, в 2016 году. В зале было больше 5 500 зрителей, это было невероятно! Потом шоу талантов в Германии, там мы общались с Дитером Боленом. Он сидел в жюри и хотел понять, как я играю, а я мог только показать, объяснить — нет.
Много раз выступал в Москве в Театре Наций. В Америке выступал в небольших залах, пока ждали протез.
Лауреат международной премии «Любовь к жизни»-2019 Алексей Романов и президент Тайваня Цай Инвэнь.

И последнее на сегодня — международная премия «Любовь к жизни». Ежегодно в Тайване культурно-образовательный фонд им. Чжоу Дагуань награждает людей со всего мира. Причем не только тех, чьи физические возможности ограничены, но и просто людей, которые могут своим примером вдохновить окружающих. Туда я попал в 2019 году по личному приглашению президента Тайваня — после того, как выступил в посольстве этой страны в Москве.
Вместе со мной были представители еще 20 стран. Мне особо запомнились истории безрукого художника из Польши, женщины-фотографа без рук по локоть из Индонезии и японского пианиста-аутиста с феноменальной памятью. За 22 года существования конкурса я первый россиянин, кто получил эту премию.

— Знаю, что у вас практически готов концерт.
Алексей: — Да, программа на час с антрактом, 12 композиций, современная инструментальная классика: Людовико Эйнауди, Рольф Левланд, Алан Уокер. И есть 3 своих композиции, первую я написал как подарок маме на юбилей. Но свое я пока на публике не играю — думаю, рано.

— А есть какие-то мысли о будущем? Что дальше?
Алексей: — Я не люблю говорить о планах, пока их не осуществил. Учился в институте на программиста, но ушел, решил, что не мое. Сейчас закончил курсы бухучета и работаю у мамы в фонде. Есть идеи нескольких проектов. Недавно к нам, например, пришел режиссер, возможно, я буду сниматься в кино — играть учителя музыки для особых детей.
Но самое сильное желание — разработать программу обучения для ребят с ограничениями по здоровью. Ко мне на разных мероприятиях подходило немало педагогов и родителей, рассказывали о детях, которые хотят заниматься, но мало кто знает, как их учить. Мы с Аидой Шаукатовной тоже не знали, пробовали все в процессе, придумывали. Она спрашивала: ты можешь взять две ноты сразу? Могу. Классно, идем дальше. Три сразу взять уже не могу. Окей, тогда что-то меняем, ищем, как обойти. Ну, и я, мне кажется, чувствую музыку, наверное, поэтому все получилось.

Это проект журнала «Нация» — «Соль земли. Второй сезон»: о современниках, чьи дела и поступки вызывают у нас уважение и восхищение. Расскажите о нашем герое своим друзьям, поделитесь этим текстом в своих соцсетях.