Nikita Nomerz: «Я не захватчик, я заполняю городские пустоты»
Люди

Nikita Nomerz: «Я не захватчик, я заполняю городские пустоты»

Разговор с известным уличным художником, который создал свой стрит-арт фестиваль.

автор Ольга Майдельман/фото архив героя.

29 Июля 2020





Никита Кузнецов, известный как Nikita Nomerz, — уличный художник из Нижнего Новгорода и постоянный участник стрит-арт фестивалей по всему миру. С 2017 года начал делать с друзьями свой фестиваль — «Место», благодаря которому на старых стенах его родного города появилось больше 60 самобытных уличных картин.

— Вы учились классическому рисунку?
— Да. Я закончил Нижегородский архитектурно-строительный университет, где мне преподавали академический рисунок, живопись, основу композиции. Все это, конечно, помогло развиваться в уличном искусстве. Я уже в студенческие годы достаточно активно рисовал на улице, и, кстати, интересно, что опыт в стрит-арте иногда помогал мне и в учебных проектах.

— Nomerz — это самоназвание? Как вообще принято в вашей среде: люди сами придумывают себе псевдоним, или тебя должны назвать соратники по движению, как, это, например, заведено у футбольных фанатов?
— Граффити-райтеры и уличные художники используют никнеймы в первую очередь для того, чтобы «спрятаться» за ними. У всех разная история возникновения творческих псевдонимов. Многие потом их меняют. В самом начале, когда я только увлекся граффити, я пытался придумать никнейм, отталкиваясь от графики букв, которые мне нравились. Но это были реально существующие слова, а мне хотелось свое, уникальное, чтобы не повторяться среди других уличных художников. И я придумал. Nomerz — это вымышленное слово, просто набор букв. Но это тогда, а сейчас это имя несет в себе опыт, который я получил за 15 лет моей деятельности. Оно символизирует мой стиль и мой образ жизни.
Я, конечно, давно не прячу лицо, я занимаюсь публичной деятельностью, популяризирую искусство. Но отказываться от творческого псевдонима, с которым произошло мое становление как художника, я не хочу.


— Почти в каждом вашем интервью есть уточнение, что это не граффити, а уличное искусство. Объясните раз и навсегда для обычных людей: как понять, что я вижу на стене, граффити это или стрит-арт?
— В 99% общемировых случаев граффити — это шрифтовые композиции. Их основа — никнеймы райтеров или названия команд, написанные с помощью аэрозольного баллона. Обычно это принимает вандальные формы: надписи оставляют на общественных и частных поверхностях, на транспорте: на поездах, в метро, на машинах. Но часть граффити-райтеров выбирает спокойное рисование в укромных местах, это сложные детализированные шрифты. Язык граффити понятен только внутреннему сообществу, это замкнутая на себе субкультура, из которой в каком-то смысле вырос стрит-арт.
Четкие границы у граффити и стрит-арта размыты, но все же стрит-арт — это не просто субкультурное явление, а искусство, созданное на улице. В стрит-арте много направлений и техник, используются не только аэрозольные баллоны, но и кисти, валики, скотч, световые проекции, бетон и многое другое. И в первую очередь стрит-арт — это диалог со зрителем, а не только разговор внутри сообщества. Это работа с идеей, смыслом и образом. Думаю, это главное их отличие.


— Кто является оппонентами уличных художников в городской среде обитания? Ростовские рэперы, например, всегда зарубались с металлистами.
— Уличная среда в целом достаточно агрессивная. А когда ты занимаешься стрит-артом, тем более нужно быть готовым к разным сложностям: негативным отзывам прохожих, встрече с полицией, уничтожением работ городскими службами и так далее. Но я никогда не относился к этим факторам как к противникам. Это логичное сопровождение деятельности и некое «правило игры». У меня правда не случалось серьезных проблем с полицией, прохожими и жителями. Я никогда не убегаю, всегда готов объяснить, что и почему я делаю. Я не позиционирую себя захватчиком города, я заполняю городские пустоты. Стараюсь гармонично подбирать локации для работ. Многие из них давно заброшены и никому не нужны. Ну и часть проектов я делаю совершенно легально, в рамках фестивалей уличного искусства.

— Самая памятная история, связанная с вашей работой?
— Весной 2017 года я делал проект «Точки», в рамках которого партизанским образом была создана серия уличных работ в Нижнем Новгороде. На одном из объектов состоялась встреча с полицией. Ее вызвал прохожий, который издалека приметил, что я рисую. Он даже не стал подходить ко мне, просто вызвал полицию и ушел.
Когда приехали сотрудники, меня стали защищать жильцы всех соседних домов, гулявшие во дворе; другие выглядывали из окон и выходили из машин. Это было неожиданно. Хотя в целом жители нашего города открыты к стрит-арту и обычно не против, когда я и мои товарищи рисуем на улицах. Полицейским я спокойно объяснил, что я художник, рассказал про проект. Но реакция людей, конечно, помогла. Меня никуда не забрали, все обошлось объяснительной, написанной прямо на месте. И после этого я спокойно завершил свою работу.


— Башни с человеческими лицами, пожалуй, стали вашей визитной карточкой. Расскажите о них.
— Это серия «Живые стены», я работал над ней в 2010-2013 годах. Первым объектом стал «Большой брат» на набережной Нижнего Новгорода, который потом стал прирастать «семейством» по всей стране: я делал работы в этой стилистике в 15 городах России, в Китае и Белоруссии. Основная идея проекта — оживить стены зданий, подчеркивая их особенности. То есть учесть архитектурные формы и так вписать в сооружение персонажа, чтобы оконные проемы, двери и трещины стали его частями. Вообще я считаю, что свое лицо, характер, эмоция есть у каждого здания.


— У уличных художников есть свой кодекс поведения?
— Это интересный вопрос и важный. С одной стороны кодекса и правил у свободного искусства улиц нет и не может быть. Все делают то, что хотят. С другой стороны, хорошо, когда есть некие общие нормы и понятия.
За всех сказать не смогу, отвечу только за себя: я стараюсь не рисовать поверх других работ. Перекрываю только в редких случаях и всегда стараюсь согласовать это с автором. Обычно позволяю себе это сделать, если чужая работа каким-то образом испорчена и если я делаю более масштабный и сложный проект. Но всегда интереснее найти новые места, где еще никто не рисовал.

— Вы организатор фестиваля уличного искусства. Что это значит в России?
— Фестиваль — это очень важная часть моей деятельности. Надеюсь, не только для меня, но и для города и культуры в целом. На фестивале «Место» мы генерируем возможность создания монументальных уличных работ. Главная задача нашего проекта — переосмысление городской среды и презентация всего разнообразия уличного искусства. Мы приглашаем художников со всей России с разными стилями, техниками и концепциями, и это одни из лучших художников — авторы из Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Перми, Пензы, Рязани, Красноярска, Владивостока, многих других городов. И очень приятно чувствовать свою причастность к каждой работе фестиваля: с каждым объектом словно прожита целая жизнь.


— Организатор фестиваля – он же ходит договаривается с властями, с хозяевами стен, находит художников, правильно я понимаю?
— Да, организация таких проектов — это большой и сложный процесс: кураторская работа с художниками, согласование проектов в администрации, с жителями и собственниками, переговоры с партнерами, поиск финансирования и так далее. Разумеется, я делаю проект не один, а в команде с друзьями.

— Как вы пробивали свой первый фестиваль, когда чиновникам еще непонятно было, кто вы: творцы или просто хулиганы? Какие доводы приводили?
— По поводу фестиваля «Место» я общался с департаментом культуры, заочно они меня знали, видели мои работы и проекты. Было несложно объяснить, кто я и что задумал. К тому же раньше, в 2012-13-м годах, меня приглашали курировать площадку уличного искусства на фестивале «Арт-овраг». Это крупный международный проект в городке Выкса у нас, в Нижегородской области. Были другие небольшие проекты, куда меня приглашали в такой же роли. Этот опыт и помог мне в организации своего фестиваля.


— Этот год из-за коронавируса придется пропустить?
— Нет, мы не стали пропускать этот год, проблем не было. Сейчас идет активная подготовка 4-го фестиваля. Он должен состояться в середине августа.

— Занятие стрит-артом приносит деньги? Приходится заниматься другой работой, не имеющей отношения к делу жизни?
— Стрит-арт в чистом виде — это искусство, которое живет только на улице и создается партизанским образом, на страх и риск автора, который сам выбирает и место для работы, и само высказывание. Настоящее уличное искусство в общем-то невозможно ни продать, ни купить. Но многие уличные художники расширяют свои границы и работают в мастерских, а вот студийные работы уже можно продать коллекционерам или в галерею. Возможны и коллаборации с заведениями для создания росписей в интерьерах. Еще существуют фестивали, которые не только организовывают процесс создания работ, но и выплачивают за них гонорары. Можно проводить мастер-классы, лекции и таким образом монетизировать свое увлечение.
Я тоже продаю свои студийные работы, провожу лекции, мастер-классы, получаю гонорары за фестивальные работы. Кроме того выступаю как приглашенный эксперт или куратор. И еще я работаю на известный бренд аэрозольной краски. Поэтому весь мой заработок так или иначе связан с любимым делом.


— Вы объездили всю Россию. Какие города в стране стоит посетить в том числе и из-за хорошего, широко представленного уличного искусства?
— На мой взгляд, Нижний Новгород и Екатеринбург — сегодня самые живые и интересные города в этой сфере. Здесь много самобытных локальных авторов и параллельно с партизанской деятельностью проходят фестивали и выставки уличного искусства. Поэтому всем любителям стрит-арта рекомендую запланировать поездки к нам в Нижний или на Урал. Конечно, и в Москве много сильных авторов, но там уличные художники чаще делают студийные работы для выставок. Это не стрит-арт. Достаточно много художников и в Санкт-Петербурге, но не так много уличной активности. Зато там есть уникальный проект — Музей стрит-арта, советую ознакомится.

— В каких других странах вам понравилось рисовать больше всего, и почему?
— Каждый город и каждая страна уникальны по-своему, интересно везде. Из зарубежных отмечу проекты в Германии, Франции и Испании. Мне нравится атмосфера европейских городов, их архитектура и отношение к стрит-арту. Были интересные поездки в Азию, это очень контрастный мир. В Дубае я участвовал в масштабном фестивале, но сам город показался мне неживым: бесконечные стеклянные небоскребы.


— С чего надо начать неопытному художнику, который решил сделать стрит-арт-работу? Какие свои ошибки вы бы не стали повторять?
— Советую начинать с идеи и ответственно подходить к выбору места. Быть целеустремленном и не бояться совершать ошибки. Все свои ошибки я бы повторил, это и есть самый важный опыт.

Это проект журнала «Нация» — «Соль земли»: о современниках, чьи дела и поступки вызывают у нас уважение и восхищение. Расскажите о нашем герое своим друзьям, поделитесь этим текстом в своих соцсетях.