Гарри Бардин: Так хочется спросить у чиновника: «Ну, вот кто ты такой?!»
Люди

Гарри Бардин: Так хочется спросить у чиновника: «Ну, вот кто ты такой?!»

Знаменитый режиссер-мультипликатор — о том, из каких мелочей состоит его жизнь и творчество.
автор Ольга Майдельман-Костюкова

28 Октября 2016


Гарри Бардин. 75 лет. Режиссер-мультипликатор, автор народно любимых мультфильмов «Летучий корабль», «Дорожная сказка». С 1975 года снял 21 ленту и получил за них 65 мировых наград, в том числе «Золотую пальмовую ветвь» Каннского кинофестиваля за «Выкрутасы». После 15 лет работы ушел из «Союзмультфильма» и в 1991-м основал собственную студию «Стайер».



Думается постоянно. Особенно, если взять полнометражный «Гадкий утенок», — это шесть лет не отпускающая тебя такая наркота. Ты засыпаешь с этим и просыпаешься с этим. И это тебя не отпускает никогда — ни в выходные, ни в праздники. Поэтому когда я закончил картину и показал ее приятелям в ближайшем кинотеатре, то при обсуждении выпил только одну рюмку водки. Вторую не довелось. Потому что я упал: давление было 0 на 50. Выложился до конца буквально. До своего конца. И я понял, что это мой первый и последний полнометражный фильм в жизни. Больше не буду никогда — просто чтобы остаться живым.

Моей студии лучше работается не с кнутом, а с пряником. Атмосфера — важнейшее дело. Первое условие для приходящих работать сюда — профессионализм, а второе, непременное — интеллигентность. Мы ведь и обедаем вместе, за одним столом. Хотя и кнут, и пряник висят на двери моего кабинета — французы называют его Пантеон. На самом деле это такая маленькая комната, вся уставленная статуйками, призами и обвешанная дипломами.


Благословляю своих врагов. Без них жизнь была бы скучнее. Они дают спортивный азарт. Бывает преодоление материала, а бывает преодоление человеческое: мои недруги на «Союзмультфильме» давали мне дополнительный стимул к работе.

Я не люблю сюрпризов. Когда берусь за новую картину, я ее уже вижу и слышу. Всю, целиком. И я добиваюсь бескомпромиссного воссоздания того, что придумал. В этом для меня заключается профессионализм. А иначе это все просто авантюра. Вот у меня в «Адажио» бредет толпа, просто бредет, но мы эту сцену снимали четыре раза — они не шли, не получалось. И я решил: если четвертый раз не пойдут, откажусь от проекта. И вот пускаем четвертый вариант, дали музыку Альбинони и — мурашки побежали по телу. Тогда я понял: фильм в кармане.

Иногда хорошая мысль приходит во сне. Фильм «Конфликт» (о войне в спичечном коробке. — «Нация») мне приснился от начала до конца. Мне осталось только записать его и все.


Идея оживить неживое родилась от нелюбви к куклам. Ну да, я работал режиссером в кукольном театре Сергея Образцова, но театр — это другое, а в кино кукольные мультфильмы меня не устраивали заторможенностью движений. От нелюбви к куклам рождались и «Конфликт», и «Выкрутасы», и «Брак», и «Банкет». А потом я набрел на пластилин, попробовал его в «Тяп-ляп, маляры», утвердился в фильме «Брэк» и закончил с ним на «Сером Волке энд Красной Шапочке». Пластилин давал возможность делать более хлесткое движение, более энергичное. В моем характере. Но потом я к куклам пришел, на другом витке. От любви до ненависти один шаг. Вот я сделал этот шаг, и уже «Чуча» — это куклы и «Гадкий утенок» — это куклы, пластилиновый там только сам утенок.


Больше всего в жизни я не люблю разбираться в бумагах фирмы, но как президент и как продюсер я обязан этим заниматься. Что для меня довольно тяжкая ноша. А мыть посуду, убирать постель — это ерунда. От этого мое мужское достоинство не страдает. Я могу мыть посуду и думать о своем.

Я не хожу на кинотусовки, но хожу на оппозиционные митинги. На это меня хватает, я понимаю, что это необходимо. Я социален и передал это сыну (Павел Бардин — режиссер фильмов «Россия-88», «Гоп-стоп», сериала «Салам Масква». — «Нация»). Я хожу не потому, что мне так нравятся звучащие с трибуны речи, а чтобы власть видела, что я пришел.

Встречаться с бюрократами и чиновниками для меня нож острый. Я человек скромный, но мне хочется их спросить: «Ну, вот кто ты такой?! И как ты со мной разговариваешь?» И чтобы по возможности убрать из моей жизни все это, я поручил сберкассе просто снимать квартплату со счета и больше не трачу время на заполнение квитанций.


Меня легко может вывести из себя хамство. Но я все равно с ним сталкиваюсь, я ж не в замке живу, а в Москве. Вот получил я в Братиславе Гран-при «Лидер мировой анимации». Через несколько дней после этого пришел ко мне пожарник на студию, и я понимал, что он бог, а я червь, я понимал, что он может прикрыть нашу студию и мое дело. Я не унижался перед ним, но я понимал, что он унижает меня — возможностью проявить свою власть. Хотя у него перед самым носом стоял этот приз.

Меня воспитывала мама, я не уличный мальчик. Мама давала все — юмор, музыкальность. Слух абсолютный и у сестры, и у меня. Но в музыкальную школу я не ходил, к сожалению. Сестра была моложе, и ее отдали играть на скрипочке, на меня уже денег не хватило. Так что я без образования, но со слухом. Еще и пою иногда.

В мультипликацию я пришел через озвучивание мультфильмов (голосом Бардина, актера по образованию, говорил Железный Дровосек в «Волшебнике Изумрудного города», пел Волк в мультфильме «Волк и семеро козлят на новый лад» и прочие герои еще в 19 мультфильмах. — «Нация»). И так меня пробрало это. Я решил, что тоже могу написать сценарий.

Гении — люди прошлого, наверное. Это звание должно быть проверено временем. Сито времени, оно трясет всю эту мишуру из попкорна и прочей эстрадной дряни и оставляет главное. Чарли Чаплин, Федерико Феллини, Товстоногов — гении. Аркадий Райкин, конечно. Костя Райкин... очень талантливый, он мой друг вообще-то, и я о нем самого высокого мнения. Но гений — папа.

Я помню свой первый мультфильм. «Бемби». Это было поразительно. Уолт Дисней — гений, конечно.