Как от гриппа спасаются сами аптекари
События

Как от гриппа спасаются сами аптекари

Инсайд: секреты аптечного бизнеса.

автор Ирина Маркина

20 Декабря 2016

Провизор с 30-летним стажем на правах анонимности согласилась рассказать нам правду о своей работе. Ее монолог не истина в последней инстанции, но он показался нам важным и нужным, особенно сейчас, когда повально болеют и взрослые, и дети.


О сезоне гриппа и простуд

Обычно об эпидемии гриппа нас информируют из офиса, а офис узнает по своим каналам, скорее всего, от Минздрава. В прошлом году официально объявлялась эпидемия по гриппу, нас обязали носить маски и всем предлагать противовирусные препараты. В этом году я пока еще не слышала официального объявления борьбы с вирусом, хотя люди повально болеют. И какой грипп, какой штамм, мы тоже пока не знаем.
Сейчас мы всем подряд предлагаем «Ингарон» — интерферон человеческий (группа белков, синтезируемых из донорской крови). Это капли в нос, они идут сухим порошком с растворителем: смешиваешь и хранишь в холодильнике. Я думаю, что у нас его проплатили разработчики. Тем не менее, отзывы о нем хорошие. Мое личное мнение: я боюсь пользоваться такими вещами. Воздействовать на иммунную систему вообще достаточно опасно. Тут свои «за» и «против», и панацеи нет. Насколько я понимаю, в этом году многих заставили привиться от гриппа, но после этой прививки успешно болеют все подряд.
У нас на работе требований нет никаких. Никто не контролирует — уйдешь ты на больничный или останешься работать больным. В сезон гриппа работаем в масках. Хотя иногда снимаем — тяжело в ней весь день работать. Лично у нас в аптеке принимают эхинацею американского производителя.
Для детей, которые ходят в школу или детский сад, покупают препарат «Анаферон». Это гомеопатия, сладкие таблетки для рассасывания. И «Гриппферон» — это капли, их перед выходом из дома закапывают в нос. Оксолиновая мазь — самое слабое средство. Вифероновая мазь посильнее. Берут и более сильные препараты: «Амиксин», «Арбидол». Есть сильнейший «Тамифлю», но это уже рецептурный отпуск.
Против народных средств я ничего против не имею, если их использовать с умом. Та же эхинацея — чем не народное средство? Времени нет заваривать траву, поэтому мы пьем концентрат в капсулах. Некоторые пытаются спасаться аскорбинкой: 900-1000 миллиграммов в день. Еще обильное горячее питье в течение дня и витаминизированные продукты: красный болгарский перец, лимон.


Об импортозамещении

Какой-то острой нехватки импортных препаратов сейчас нет. Хотя их явно поступает меньше, но города-миллионники снабжены, как по регионам, не знаю. Если убрать весь импорт, это будет полная катастрофа. Отечественная фарминдустрия пока неконкурентоспособна. Например, у нас нет эффективных препаратов, которые применяют при серьезных сердечно-сосудистых заболеваниях, диабете, заболеваниях щитовидной железы, онкологии.
Я против того, чтобы покупать аналоги. Я понимаю, что они намного дешевле, но качество этих препаратов, на мой взгляд, намного ниже. Если взять оригинальную «Но-шпу» и наш «Дротаверин», по степени очистки — это небо и земля. Состав, казалось бы, идентичный, то есть действующее вещество — в данном случае дротаверин — берется одно и то же. Очистка препарата играет очень важную роль, но для нее нужна дорогостоящая аппаратура. Цена лекарства складывается в том числе из затрат на очистку. Наш «Парацетамол» стоит копейки, но это такой старый препарат. Это химические примеси, которые с каждой таблеткой ты кидаешь себе в желудок. К тому же, чем более очищен препарат, тем более он биодоступен для организма.


О врачах

Грубые ошибки врачей встречаются редко. Сказать, что врачи некомпетентны, я не могу. Единственное, судя по рецептам, врачу некогда вдаваться в подробности, и схемы, по которым они выписывают лекарства, одинаковы для всех пациентов, только варьируются от возраста. Начался грипп — будет единая схема лечения гриппа, с желудочно-кишечными — опять схема. У одного и того же доктора она практически не меняется. За время приема доктор не успевает выслушать пациента, то есть какие-то индивидуальные данные не рассматриваются. И основная кошмарная ошибка докторов — они лечат «свое» заболевание, совершенно не обращая внимания на противопоказания препарата. А люди не озвучивают сопутствующие заболевания. Не успевают сказать доктору. И врачи выписывают препараты, которые человеку нельзя принимать. Человек пришел с радикулитом, ему выписали тот же «Нимесил» в пакетиках, а у него язва желудка, от приема начинается кровотечение. Еще одна головная боль провизоров: врачи выписывают рецепты не на бланках, а на любой бумажке, которая оказалась под рукой — это может быть и чек, и фантик.


О лоббировании интересов фармкомпаний

Сложно сказать, насколько это распространено, я ведь отслеживаю только назначения. Вообще докторам это делать запрещено. Но, видимо, какими-то лазейками все равно представители фармкомпаний приходят и уговаривают врачей на предписание какого-либо конкретного препарата, за что им полагаются бонусы. Часто это препараты, которые в принципе не нанесут вреда, но иногда они просто не нужны в том списке, который выписывается пациенту. Так что пациент выкидывает лишние деньги на, в общем-то, ненужные препараты. Иногда это довольно редкие лекарства, которые не во всех аптеках есть. И человек бегает по городу, ищет его. А я рецепт врача оспорить не могу, не имею права. Провизор не может менять назначенные препараты. Ну, конечно, если покупатель говорит: «Ого! Я не могу столько денег заплатить», вот тогда ты можешь предложить аналоги.
Провизоры лоббируют интересы фармкомпаний постоянно. Что проплатили, то и предлагаем. У нас идет очень строгая установка: аптекам выставляют план по продажам тех товаров, которые они обязаны реализовать в данный период. Если план выполняется, ты получаешь свою зарплату без каких-либо бонусов, а если не выполняется, сотрудников штрафуют. Поэтому провизор, чтобы получить зарплату, вынужден в первую очередь продавать эти препараты, независимо от своего мнения о них. Или предлагать их на замену. Не навязывать, естественно, а предлагать, заставить ты никого не можешь. Сейчас мы вынуждены заменять импорт российскими препаратами, потому что договор заключен, видимо, с отечественными компаниями. Хотя реально понимаешь: да, что-то можно заменить, ты и сам себе это заменяешь, а некоторые лекарства — категорически нет.
Мы вынуждены продавать до двух десятков определенных препаратов в месяц, приходится втюхивать и говорить, что без этого препарата покупатель просто жить не сможет. Иначе просто мы не сможем жить без зарплаты.


О возврате и подделках

Покупатель не может определить подделку никак. Может потребовать документы на лекарство. Все сертификаты в наличии, но они не хранятся в аптеке, это физически невозможно, когда у тебя тысячи наименований. Документы на любой препарат покупатель может запросить, и ему предоставят их в течение двух дней. Часто запрашивают, потому что некоторые препараты везут за границу, и люди боятся, что их не пропустят. Но пакет документов — это только пакет документов. С этими же печатями проходят и подделки. Для успокоения могу сказать: поддельные лекарства контролируются достаточно эффективно. Приказы об изъятии таких лекарств из Минздрава приходят постоянно. Да и из самих фирм, если выявлены какие-то нарушения. Причем это необязательно что-то опасное, это может быть и размытый шрифт в аннотации. Сомнительные препараты срочно изымаются из продажи за счет производителя.
Лекарства обмену и возврату не подлежат. Но в крайних случаях аптеки нарушают закон и идут навстречу. У нас был такой случай: женщина купила десятка два дорогостоящих наименований, повезла мужу в больницу. Пока ехала, он умер. Она вернулась, и мы приняли, хотя вообще не имеем права. Если тара вскрываемая, то такой препарат точно никто менять не будет. Ну, представьте, купил человек флакон салицилового спирта, через 20 минут приходит и говорит: «Ой, я перепутал, мне нужен был борный, поменяйте». Я его никаким образом не могу взять, потому что неизвестно, что за эти 20 минут произошло, что туда долили или подмешали.


О клиентах

Это же аптека. Часть клиентов просто неадекватные. Приходят в аптеку и вываливают на нас свой негатив. А куда еще? Не на врача же, к врачу, возможно, придется еще не раз ходить.
Сразу видно, когда человек пришел поругаться. Даже если все хорошо, такие люди найдут, из-за чего закатить скандал: споткнулся о порожек, простоял в очереди из двух человек. Часто совершенно нормальные с виду мгновенно раздражаются из-за цен. Заходит клиент, говорит: «Здравствуйте, вот это есть у вас?». Есть, такая-то цена. «А у вас рожа не треснет?», и все в таком духе. Со скандалистами соглашаешься: «Да, я полностью поддерживаю ваше мнение. Я согласен, что цены высокие». Только это гасит. Если начинать что-то доказывать или, не дай бог, оправдываться, это будет пожар. Бывает, и провизор начинает скандалить. Поток людей идет и идет, и на каком-то сотом клиенте и у тебя может снести крышу.
А еще наша работа покруче любого детектива. «Дайте от сердца таблеточку». — «Какую?» — «Белую». — «Да они почти все белые». — «Ну, такая кругленькая». Или ищут лекарство на букву «к», а потом выясняется, что этой буквы в названии вообще нет. И препарат не от сердца, а какой-нибудь тонизирующий.
Вот, мое любимое. Мужчина мне говорит: «Я у вас брал в прошлом году препарат, он стоит около двух тысяч». Он не помнит название, цвет коробки, спрашиваю, от чего, говорит, от всего. Я ему перечислила практически все лекарства в пределах этой суммы. «Ну, нет, что вы, совсем не понимаете? Что же вы вообще ничего не помните?!» В итоге оказалось, что это был прибор, который включается в сеть и лечит электротоком.
Таблетку «от всего» спрашивают очень часто. А девушки просят таблетку, «чтобы выпить, и беременности не было». Понимаете? Чтобы беременность рассосалась на третьем месяце.


О рекламе

Толпами валят люди после прослушивания рекламы на радио, причем, там крутят рекламу таких препаратов, о которых мы и не слышали. Это обычно какие-нибудь БАДы то для «мужской силы», то для лечения онкологии — развод полный. Вообще БАДов в аптеке больше, чем лекарств. Часть из них — в основном отечественная продукция компаний, которые не оплатили сертификацию лекарственного препарата. Это вполне может быть что-то стоящее и эффективное, просто дорого переквалифицировать БАД в лекарство.
Но основная масса БАДов — это все-таки полная ерунда. БАД — это добавка к пище. Витамины или, например, кальций. Но кальций — элемент очень сложный, чтобы он усваивался, нужны сложные технологии в производстве средства. Так что БАДы с кальцием, я думаю, вообще ни о чем. Но спрос есть вообще на все. Реклама двигает, конечно, очень хорошо, и то, что рекламируется, продавать гораздо легче.
А если с утра каждый второй посетитель, в особенности пожилые клиенты, начинают спрашивать одно и то же, значит вышел новый выпуск программы Елены Малышевой.


Об опасности

Вооруженные нападения бывают редко. Все-таки аптека — не тот объект, где можно чем-то поживиться. Воровать лекарства — дело неблагодарное, их потом надо сбыть, а денег в кассе обычно не так уж и много. А вот жуликов полно, наверное, как и в любой торговле. Бывают гипнотизеры или просто мошенники. Популярный способ, когда один отвлекает, а другой машет перед твоим лицом пятитысячной купюрой. Тут надо быть настороже, иначе отдашь им лекарство, сдачу, а купюру не заберешь. Или приходят с документами якобы из офиса: то счетчики воды хотят проверить за деньги (мол, вам потом офис вернет), то вместо инкассаторов выручку забрать. Тут вообще без разговоров — никаких денег, все через офис. Был у нас случай с молоденькой сотрудницей: зашел обаятельный мужчина и очень правдоподобно стал жаловаться на остановившего его гаишника, срочно нужны 10 тысяч рублей, а живет он тут за углом и сразу вернет, а в залог оставит часы с бриллиантами. Конечно, так и пропал с деньгами, а часы оказались подделкой за 300 рублей.
Работать ночью тяжело, конечно. Бывает и страшно, когда приходят наркоманы или агрессивно настроенные люди. Если сотрудники аптеки ведут себя правильно, не нарушают отпуск препаратов, то проблем меньше. Мы не отпускаем препараты, которые интересуют наркозависимых. Только строго по рецептам. И у нас такой беды нет. А есть аптеки, которые идут им навстречу, наркоманы их просто атакуют. Есть кнопка вызова охраны, но они не через 2 минуты приезжают, а через 20. За это время конфликт уже разрешится: либо мирно, либо разбитыми окнами. Иногда ночью приходят окровавленные люди: после ДТП, после драк, бывают ножевые ранения и огнестрелы.
Ночью я работаю одна и не могу открыть аптеку, торговля только через окошко. Один раз все же открыла — девушке в «предбаннике» стало плохо с сердцем, это реально было видно, она просто сползла на пол. Я вышла и оказывала ей помощь, пока не приехала «скорая». Вообще «скорая помощь» вызывается в аптеки часто. Кто-то упал на улице, приступ эпилепсии или сердечный приступ, что делают прохожие? Бегут в ближайшую аптеку.


О том, что бесит

Самое раздражающее в работе провизора — это завал. Невозможно на одного человека, стоящего на кассе, навешать все обязанности: от уборщицы до директора. Не хватает никакого времени на все это. Если бы фармацевт или провизор стоял за прилавком, и его обязанностью был бы только отпуск препаратов, это была бы сказочная работа: грамотно отпускаешь, вежливо обслуживаешь. Но, например, не пришла уборщица. Или просто уволилась. Вот мы полтора месяца мыли аптеку сами. То есть ты должен прийти за час до начала смены и вымыть большое помещение, затоптанное, в снегу. Ты обязан полки содержать в идеальном состоянии, а их больше сотни. Нужно аккуратно все снять, вытереть, расставить обратно и проверить соответствие ценников. Товар все время приходит с разными ценами. Постоянно переклеивая ценники, ты все равно какой-нибудь пропустишь. Человек берет товар, на кассе выясняется другая цена просто потому, что у тебя не хватило времени. 80% времени ты стоишь за кассой, а в остальные 20% должен принять товар от поставщика, все помыть, поменять ценники, собрать переброску в другую аптеку или на склад, собрать брак на склад. Обязанностей много и все нужно делать срочно. Времени нет ни на обед, ни на трехминутный отдых. Весь день на ногах. Варикозное расширение вен — это наша профессиональная болезнь. Варикоз и зрение. Зрение садится катастрофически. Ты весь день пялишься в монитор, вычитываешь срок и хранение, написанные мелким шрифтом в аннотации.
А знаете, в чем главная неприятность работы? Человека можно отпустить дешевле и качественнее, а мы отпускаем так, как вынуждены. И вместо того, чтобы реально помогать, ты крутишься между молотом и наковальней — необходимостью «впарить» и при этом не навредить.



ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: ИНСАЙД О ТОМ, КАК УСТРОЕН БИЗНЕС ТАКСИ В РОСТОВЕ