«В Ростове даже таксисты — стендаперы»
Места

«В Ростове даже таксисты — стендаперы»

В рубрике «Место силы» — художественный руководитель «Театра 18+» Юрий Муравицкий.

автор Ольга Майдельман/фото архив «Театра 18+».

13 Мая 2019

Режиссер, актер, драматург Юрий Муравицкий живет в Москве, но вот уже 6 лет руководит ростовским частным «Театром 18+». Спектакль этого театра «Волшебная страна» стал лауреатом «Золотой маски»-2019.

— Посмотреть на ростовчанина глазами режиссера? Вы меня ставите в такое положение... я сейчас сразу начну ростовчан хвалить за природный артистизм. Южный темперамент, колоритная речь. Ростовчане любят говорить, говорить неглупо, говорить со смыслом. Есть предмет разговора всегда. Даже в такси ты садишься — водитель начинает свой стендап, и ты понимаешь, что тебе не хочется его затыкать. Ростовчанин тебя быстро втягивает на территорию разговора, и это классное свойство.

Я южный человек, родился на Украине и тоже люблю говорить. Потому, наверное, у меня произошло такое смыкание с городом. Я сразу это почувствовал — когда первый раз приехал сюда делать читку пьесы на фестивале «Ростовские чтения». Работая в разных регионах, я привык, что людям нужно время, чтобы принять и переварить информацию, и вдруг в Ростове я столкнулся с тем, что актерам не надо ничего долго объяснять. Схватывают на лету! Более того, деликатно намекают: все, мы поняли, не надо столько усилий, дальше-то что?

Человек, который любит говорить, он легче преодолевает природное стеснение. Когда мы набирали людей для первого спектакля театра, кастинг был совсем небольшой. Сразу пришли те, кому это интересно. Ну, понятно, актеры, а еще журналисты, музыканты. Сейчас мы снова делаем проект про город, называется «Говорит Ростов». Разные люди рассказывает истории, которые связаны с городом, отражают его суть, атмосферу. В нем заняты, в том числе, простые ростовчане, и у них, я вам скажу, не хуже артистов получается. Я на этот проект делаю большую ставку. Он прямо-таки напрашивался. Я надеюсь, нам удастся раскрутить его и сделать таким ростовским «Комеди Клаб», но не попсовым, более глубоким, может быть. Алексей Розин (режиссер проекта; актер театра и кино, один из постоянных актеров Андрея Звягинцева) готов продолжать с нами сотрудничать. Он, по-моему, тоже влюбился в Ростов.

Городов, как Ростов, не так много. Я много езжу, занимаюсь такой примитивной антропологией, люблю сравнивать людей в разных местах. Так вот, за 70 лет советского режима мало городов осталось, которые друг от друга сильно отличаются. А Ростов, слава богу, сохранил свою идентичность.

Недавно понял, что ростовчане похожи на жителей Британских островов. В последнее время я часто оказывался там: в туре с проектом, на фестивалях, — и вдруг уловил эту схожесть. В чем совпадение: во-первых, юмор. С юмором у нас в стране напряженка. А в Ростове, как и в Одессе, с этим все в порядке — более легкое отношение к жизни. Самоирония — это вот вообще дефицит у нас, все такие серьезные, что даже неловко становится за людей иногда. Умение посмеяться над собой — невероятно ценное качество, и в этом ростовчане очень схожи с ирландцами, шотландцами, англичанами. Они же там серьезно практически не говорят (что меня удивило), все время шутят, подкалывают друг друга — даже когда выходят на конфликт. Мы вечером пошли в лондонский бар, и знакомый местный парень сцепился там с охранником. Как они ругались — это фантастика: стоят и просто троллят друг друга. А все остальные смотрят это шоу.

А вторая похожая черта — сочетание силы и интеллекта. Внутренней силы. У британцев нет разделения на умных и сильных. У нас ведь как? Если ты сильный — ты дурак, а если умный — то задрот в очках. И упаси господь, если мышцы появятся — сразу из разряда интеллектуалов тебя пинком отправят к качкам. А в Великобритании это все традиционно сочетается, принцев, заметьте, отправляют в горячие точки служить. Вот мы показывали свой спектакль на христианском фестивале Greenbelt... Господи, думаю, христианский фестиваль — что это?! Все будут ходить и улыбаться с блаженным видом, а проповедники — про Библию мне рассказывать? Нет. Адекватные мощные такие ребята и интеллектуалы при этом. И это я тоже вижу в ростовчанах. Эрудиция и интеллект в сочетании с силой.

Культурный ли город Ростов? По этому поводу даже не надо иметь свое мнение — есть очевидный факт: он, безусловно, культурный. Несмотря на традиционное представление о нем как о Ростове-папе, о южном расслабленном городе, невозможно игнорировать, сколько выдающихся людей вышло отсюда — художников, режиссеров, артистов. Не говоря уже про то, что добрая половина русского рэпа, которую можно слушать, — ростовская.

Театров в Ростове должно быть много. Больше, чем церквей. Театр выполняет, в принципе, ту же задачу, что и церковь. Помогает человеку справиться с экзистенциальным ужасом. Человеку становится легче жить после хорошего театрального опыта. Осознание того, что смерть временна, а жизнь вечна, дает силы жить дальше. О том же самом говорит церковь.

В репертуаре «Театра 18 +», конечно, есть спектакли, которые «чересчур». Но в Ростове есть публика, готовая воспринимать и это «чересчур», слава тебе господи. Я, например, думал, что «Ханана» вызовет неприятие и был приятно удивлен реакцией. На одной из премьер, правда, половина зрителей покинула зал (смеется), но премьерная публика — не показатель. Такие люди просто хотят событий, хотят красиво одеться, зачекиниться, а тут им, здрасьте, пожалуйста, маргинальность такая на сцене: инцест, пьянство, — испортили настроение. Но в Ростове много людей, которые готовы прийти в театр, чтобы им испортили настроение.

Мы всегда говорим: «Не нравится — не ходите». Есть же и другие хорошие театры в городе: театр-трактор, Молодежный театр, и там масса зрительских спектаклей. Но в качестве аргумента, почему к нам стоит прийти хотя бы один раз, скажу: «Если не пробовали — попробуйте». «Я попробовал, мне не понравилось» — позиция, которую я вполне готов принять. Но попробовать стоит точно.

Театр — это дорогое удовольствие. Ему сложно самоокупаться. И нам сложно, хотя у нас нет своей труппы. Объясню, почему. У нас 80 мест в зале — это очень мало. А спектакли довольно дорогие в производстве. Скажем, наш спектакль «Ханана», хотя он на «Золотой маске» и был в номинации «Спектакль малой формы», очень затратный по продакшну: около миллиона рублей — серьезная сумма для независимого театра. И каждый наш спектакль — это декорации, костюмы, и я вас уверяю, что далеко не все частные театры могу позволить себе постановки с таким оформлением. Конечно, если гнать антрепризу, то можно больше зарабатывать. Но тогда исчезает энергия и смысл. Конечно, наш театр без дотаций, без Евгения Самойлова (ростовский бизнесмен) не мог бы существовать. И премии «Золотая маска» у Ростова не было бы, в том числе.

Хорошо, что получать «Золотую маску» вышел Сева (режиссер спектакля «Волшебная страна» Всеволод Лисовский). Мы не пошли с ним, хотя он предлагал: если дадут, выйти вместе. Он хорошо смотрелся и круто все сказал — очень по-ростовски: мол, получает награду «за всю братву». Севу вообще любят в театральном сообществе, поэтому все были рады и за него, и за театр. Потом до нас дошли слухи, что члены жюри обязательно хотели нам что-то дать — не в одной номинации, так в другой — что, конечно, приятно. Что еще про «Маску» сказать… Перед церемонией, в фойе Большого театра, где все встречались и здоровались, у Севы развязался шнурок, и кто-то заботливо его завязал — был такой трогательный момент.

У меня, конечно, в каком-то смысле сбитый прицел: я Ростов воспринимаю очень субъективно, через свое место силы — «Театр18+» и арт-центр «Макаронка». Судя по количеству молодых людей, которые приходят сюда на выставки и на спектакли, я могу сказать, что у города есть будущее.

Но что вообще происходит в нашей стране — это полный привет, абсурдисты отдыхают. Все самые страшные антиутопии сбываются прямо на наших глазах. Я недавно попытался перечитать Оруэлла и закрыл на 10-й странице. Сорокин, Пелевин… Уже не интересно. Всё, ребят, реальность круче. Взять хотя бы попытки отделения интернет-пространства по северокорейскому примеру. Или соцопрос, из которого следует, что 70% россиян одобряют Сталина. Для меня символ состояния нашего общества сегодня — это икона Сталина. Мы думали, что совковое мышление, как динозавр, вымрет, а оно регенерирует. Идиотизм самовоспроизводящийся. Ведь на всех уровнях страной продолжают управлять люди, у которых советские мозги. И если ты не встроишься в эту ******** (гадскую) систему, то останешься за бортом, а хочется же успеха. И молодежь принимает правила игры, потому что каждый понимает, что жизнь одна.

Я в Ростове не чувствую себя чужим человеком, поэтому, наверное, не могу его реально оценивать. Как говорил Островский, рыба воду не видит.

В другой город ехать делать театр я бы просто не согласился. Я вообще не планировал делать театр не в Москве. Но тут был хороший первый опыт с читкой, и потом проект, который мы делали с Олей Калашниковой в колонии для «первоходок». Драматургическая театральная лаборатория. Маша Зелинская и Слава Дурненков вместе с заключенными писали пьесы. Девять пьес. А потом мы с Олей работали с ними как с артистами, которые эти свои пьесы воспроизводили. Ребята были потрясающие, я их часто вспоминаю, надеюсь, у всех судьба сложится.

У них отличное чувство юмора. Про таких персонажей мне рассказывали — я просто со смеху умирал: Коля Стекловата, Витя Блютус. Почему Блютус, спрашиваю. «А у него слуховой аппарат». Вася Два патрона — из глухой деревни парень, подставили: надо было кого-то посадить, и его посадили за два патрона. Он, кстати, все жаловался, что устал на кухне работать. Ему посоветовали: а ты напиши администрации, чтоб тебя отпустили домой. «А так можно?» — «Конечно, можно». И он пишет письмо начальнику колонии: «Прошу отпустить меня домой, потому что я устал».

Ростовчанин — это человек, который вбирает в себя много самых разных, иногда несовместимых качеств. Думаю, это от взаимодействия с разными культурами и потому что город изначально портовый. И это сочетание разных ментальностей породило способность признавать инаковость. Вот это главное! Вот какую прививку надо делать в детстве — способность признавать, что другой человек может быть не таким, как ты.

Если посмотреть на ростовчанина как на литературного героя... Нет, это не Чацкий — Чацкий просто демагог-неудачник, и не Хлестаков — это просто мелкий эгоист, который пользуется ситуацией... И это не чеховский персонаж: у Антон Палыча герои, в основном, идиоты, он смотрит на людей с особым медицинским цинизмом, зная, что человек, по сути, кусок мяса с костями. Кто еще? Гамлету явно юмора не хватало, слишком серьезно себя воспринимал. Нет, ростовчанин другой, с ним есть о чем поговорить, он умный, с юмором, со смекалкой. Остап Бендер? Вот это, пожалуй, близко.

Сейчас вот мы готовим новую авантюру — фестиваль «Трансформация», который будет проходить в конце июня в разных неожиданных местах Ростова. На самом деле мы давно хотели выйти в город. Попробовали с «Волшебной страной», нам понравилось. И, судя по премиям и отзывам, не только нам. В этот раз будет пять перформансов от разных режиссеров в разных местах, один, например, в аэропорту «Платов». Такого в Ростове точно еще не было. Что из этого всего получится — мне самому интересно, и это меня радует больше всего. Когда заранее известен результат, это самое скучное, что может быть.

Театр в южном городе — это вообще-то утопия. И мало кто верил. Зачем тут театр? Тут вышел на улицу — солнышко греет, природа, пошел на огород, сорвал помидор. На речку — рыбку половить. Какой в жопу театр? А оказывается, можно. Получается. Ведь только мы с Грековым (Герман Греков, главный режиссер «Театра 18+») приезжие, два варяга. А все остальные, кто его делает, местные, это ростовский театр. Мы помогаем им смотреть со стороны, не растворяться.

В Ростове есть энергия. В некоторые города приезжаешь и чувствуешь, что ты будто в вакууме. Нет воздуха. А здесь есть. Живой город. Энергия может быть агрессивной, дерзкой, как этот пацанячий говор, как манера философствовать, сидя на кортах... Сева любит говорить, что в Ростове все — пацаны. И доцент может быть пацаном, и при необходимости разрулить конфликтную ситуацию.

Ростовская привычка? Мы едим раков. Если кто приезжает из Москвы, заказываем ведро или два и едим. Здесь вообще гастрономический рай. Только грузины и ростовчане могут сделать хорошее место, где приятно не только поесть, но и посидеть. Те, кто считает, что это не так, пусть в Москве поживут.